Наука сознания. Современная теория субъективного опыта

Вероятно, эксперимент с лицом никогда не ставили именно в описанном мною виде, но исследования такого типа, изучающие сознательное восприятие зрительной информации, проводились не единожды[123]. В условии А испытуемый осознает изображение. В условии Б предъявляется такое же или похожее изображение, но испытуемый его не осознает.

Вы, возможно, предположите, что в условии А (когда лицо достигает сознания) зрительная система должна обрабатывать информацию о лице, а в условии Б (когда этого не случается) зрительная система не доходит до его обработки. Но происходит, как правило, не это. Области мозга, которые, как нам известно, обрабатывают данные о форме, цвете, текстуре и других видимых свойствах, непрерывно активны в ответ на изображение независимо от того, осознает ли его человек. При этом есть заметные различия между осознаваемым и неосознаваемым условиями. Активность зрительной системы обычно намного более устойчива и менее изменчива в осознаваемых условиях[124]. Эта разница активностей соответствует общему представлению о том, что, когда зрительные сигналы усиливаются и стабилизируются вниманием, у них больше шансов достичь сознания. Самая большая разница наблюдается в ряде зон мозга в теменной и лобной долях[125]. Эти зоны в целом активируются в ответ на лицо в условии А, когда испытуемый сообщает, что осознает его, но намного менее активны (если активны вообще) в условии Б, когда человек его не осознает.

Подобные результаты были многократно получены в различных вариантах экспериментов, поэтому я говорю об этих данных с определенной долей уверенности. В одном из моих собственных недавних экспериментов мы получили практически те же самые результаты[126]. Когда вам что-то показывают и вы это осознаете, активируются теменно-лобные сети. Когда вам что-то показывают и ваша зрительная система это обрабатывает, но вы это не осознаете, теменно-лобные сети не реагируют. Простейшее объяснение заключается в том, что теменно-лобные сети или какие-то подсистемы внутри них, возможно, порождают сознание.

На роль главного очага сознания часто предлагают одну из составляющих теменно-лобного комплекса – префронтальную кору. Это самая передняя часть коры головного мозга, находящаяся непосредственно за лбом. Она до сих пор не слишком хорошо изучена, но уже имеющиеся о ней сведения позволяют предположить, что там происходит обработка данных на очень высоком уровне. Отличительное свойство префронтальной коры – ее универсальность[127], она задействована практически в любой задаче, которая стоит перед человеком. Если вы точки считаете – нейроны префронтальной коры отслеживают их число[128]. Если вы наблюдаете за размещением точек на экране, те же самые нейроны перенастраиваются на местоположение[129]. В знаменитом эксперименте Эрла Миллера из Массачусетского технологического института обезьян обучали считать неоднозначно идентифицируемых по изображениям животных либо кошками, либо собаками[130]. Нейроны префронтальной коры вскоре превратились в детекторы кошек и собак: одни реагировали, когда обезьяна давала понять, что видела кошку, другие активировались, когда обезьяна видела собаку. Сама случайность задачи (обследуемые животные никогда не видели настоящих кошек и собак) показывает, что префронтальные нейроны могут обрабатывать любые свойства окружающего мира в зависимости от поставленной задачи.

Нейробиологи иногда называют префронтальную кору, особенно одну ее большую подструктуру – дорсолатеральную префронтальную кору, – отделом “рабочей памяти” в мозге[131]. Данные от других зон мозга могут загружаться в префронтальную область, где информация временно хранится и обрабатывается для тех нужд, что актуальны прямо сейчас.

С учетом этих ее свойств префронтальная кора, похоже, идеально соответствует тому, чтобы оказаться театром сознания[132]. Она собирает информацию по распределенным связям со всей остальной коры, словно паук в центре паутины.

Однако, сколь бы заманчиво ни выглядело это решение проблемы сознания, меня оно не убеждает. Остается слишком много вопросов. Например, почему переживание сознания не пропадает при повреждениях префронтальной коры? Да, у пациентов с такими повреждениями возникают трудности с планированием будущего и переключением с одной задачи на другую, но обычно они сохраняют общее ощущение сознания[133]. По крайней мере, его утрата не является типичным отличительным свойством префронтальных повреждений.

Но у меня есть даже более общий вопрос к префронтальной гипотезе: почему информация, достигая этой области мозга, вообще создает ощущение сознания? Пока нейробиологи не найдут обиталище сознания – мозговой центр, в котором информация сводится воедино и рождает сознание, – наука не сдвинется с мертвой точки.