Читаем Наука в вопросах и ответах полностью

Можно удивиться и тому, что морозные узоры отличаются огромным разнообразием: кажется, что они никогда не повторяются. Чем же обусловлена столь неистощимая фантазия мороза-художника?

Дело в том, что природа умеет создавать самые разнообразные кристаллические структуры, которые и определяют формы кристалликов льда. Выпадая рядышком, в самых разных сочетаниях, кристаллы создают совсем уж фантастические «композиции». Кроме того, в «творческий процесс» создания ледяной картины вмешиваются и мельчайшие царапины на стекле, частички пыли, потоки воздуха.

Кстати, на окнах городских квартир ледяные узоры появляются реже, чем за городом. Попробуйте ответить, почему?


Отчего у хвойных деревьев вместо листьев иголки?

Такой вопрос нередко можно услышать. И ответ на него надо начать с того, что он… неверен по сути. Дело в том, что иголки, украшающие сосны, ели, пихты, кедры, кипарисы, лиственницы и другие хвойные растения, это тоже листья, только иной формы, чем у березы или осины.

Лучше задаться таким вопросом: а для чего растению вообще нужны листья? Функций у них несколько. Прежде всего, они обеспечивают растение питанием. Именно листья собирают углекислый газ из воздуха, воду и минеральные соли из почвы. А содержащийся в листьях хлорофилл поглощает солнечную энергию, под действием которой углекислый газ и вода преобразуется в сахаристые вещества, которые и питают растение.

Кроме того, листья через крохотные поры на поверхности испаряют лишнюю, не нужную для питания воду. Чем больше ее, тем больше и поверхность листа. Нетрудно догадаться, что родина всех широколиственных растений – влажные субтропики. Постепенно некоторые из них расселились в более холодные края, акклиматизировались, видоизменились и приспособились на зиму сбрасывать листву, впадая в своеобразную спячку, когда все функции заторможены.

А хвойные растения гораздо более выносливы. Влаги им надо меньше, да и ту, что есть, надо не испарять, а беречь, особенно зимой. Поэтому листья-иголки покрыты плотной оболочкой. Поскольку хвойные ведут активный образ жизни и зимой, и летом, то остаются вечнозелеными. Иголки держатся на их ветках годами. Правда, и у них есть определенный срок жизни, но опадают они не все разом, а постепенно и заменяются подросшими молодыми иголками.

Кто изобрел рельсы?

Многим представляется, что рельсы – стальные балки, по которым катятся колеса – появились вместе с первыми железными дорогами, но это не так. Еще с XVI века на рудниках использовались деревянные бруски, по которым вручную или на конной тяге двигались тележки с рудой. Перевозить их по твердой основе было намного легче, чем по земле. Имя изобретателя первых рельсов неизвестно, но ясно, что он был сообразительным человеком.

Рельсы из металла впервые стали использовать в Англии, и опять-таки на рудниках. Это случилось в конце XVIII века. Тогда бурно развивалась металлургия, и производство рельсов из чугуна стало обходиться недорого. Сами рельсы менялись. Сначала направляющие ребра – реборды, удерживающие на рельсах колеса вагонеток, размещались на самих этих чугунных брусках. А в 1789 году в угольных шахтах в Лоберроу появились рельсы, практически уже не отличающиеся от современных. Реборды стали делать не на рельсах, а на внутренней стороне колеса, как и теперь.



Тогда уже существовала паровая машина Джеймса Уатта. Но использовать ее в качестве двигателя для вагонеток на шахтах и рудниках догадались не сразу. Лишь в 1803 году английский изобретатель Ричард Тревитик построил первый локомотив, но он оказался слишком тяжелым для хрупких чугунных рельсов. И только в 1814 году Джордж Стефенсон, работавший механиком на Киллингуортских копях, сконструировал паровоз, оказавшийся и надежным, и простым по устройству. Вдобавок Стефенсон обратил внимание на рельсы для вагонеток. Прежде их прокладывали, как придется. Стефенсон же уложил рельсовый путь для своего локомотива на тщательно выровненной, укрепленной камнями поверхности.



А уже позже Стефенсон понял, что паровоз и рельсы можно использовать не только в шахтах и в рудниках. В 1825 году великий изобретатель построил первую в мире железную дорогу между городами Стоктон и Дарлингтон. Расстояние между ними составляет чуть больше десятка километров, но это было лишь начало железнодорожного транспорта, который очень быстро завоевал весь мир.

Отчего новый свет называется не Колумбией, а Америкой?

К Христофору Колумбу судьба оказалась, надо признать, на редкость несправедливой. Название открытому им огромному материку дано… в честь совсем другого мореплавателя. Почему же так случилось?

Перейти на страницу:

Все книги серии Простая наука для детей

Похожие книги

Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять
Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять

Про еду нам важно знать все: какого она цвета, какова она на запах и вкус, приятны ли ее текстура и температура. Ведь на основе этих знаний мы принимаем решение о том, стоит или не стоит это есть, удовлетворит ли данное блюдо наши физиологические потребности. На восприятие вкуса влияют практически все ощущения, которые мы испытываем, прошлый опыт и с кем мы ели то или иное блюдо.Нейрогастрономия (наука о вкусовых ощущениях) не пытается «насильно» заменить еду на более полезную, она направлена на то, как человек воспринимает ее вкус. Профессор Гордон Шеперд считает, что мы можем не только привыкнуть к более здоровой пище, но и не ощущать себя при этом так, будто постоянно чем-то жертвуем. Чтобы этого добиться, придется ввести в заблуждение мозг и заставить его думать, например, что вареное вкуснее жареного. А как это сделать – расскажет автор книги.Внимание! Информация, содержащаяся в книге, не может служить заменой консультации врача. Перед совершением любых рекомендуемых действий необходимо проконсультироваться со специалистом.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Гордон Шеперд

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Медицина и здоровье / Дом и досуг
Исторические происшествия в Москве 1812 года во время присутствия в сем городе неприятеля
Исторические происшествия в Москве 1812 года во время присутствия в сем городе неприятеля

Иоганн-Амвросий Розенштраух (1768–1835) – немецкий иммигрант, владевший модным магазином на Кузнецком мосту, – стал свидетелем оккупации Москвы Наполеоном. Его памятная записка об этих событиях, до сих пор неизвестная историкам, публикуется впервые. Она рассказывает драматическую историю об ужасах войны, жестокостях наполеоновской армии, социальных конфликтах среди русского населения и московском пожаре. Биографический обзор во введении описывает жизненный путь автора в Германии и в России, на протяжении которого он успел побывать актером, купцом, масоном, лютеранским пастором и познакомиться с важными фигурами при российском императорском дворе. И.-А. Розенштраух интересен и как мемуарист эпохи 1812 года, и как колоритная личность, чья жизнь отразила разные грани истории общества и культуры этой эпохи.Публикация открывает собой серию Archivalia Rossica – новый совместный проект Германского исторического института в Москве и издательского дома «Новое литературное обозрение». Профиль серии – издание неопубликованных источников по истории России XVIII – начала XX века из российских и зарубежных архивов, с параллельным текстом на языке оригинала и переводом, а также подробным научным комментарием специалистов. Издания сопровождаются редким визуальным материалом.

Иоганн-Амвросий Розенштраух

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука