Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

Однако страстный и всеобъемлющий характер борьбы мормонов с психотропными веществами может послужить нам подсказкой об ее истинном назначении. Характерное для «святых последних дней» сочетание запрета кока-колы и кофе с сухим законом не имеет смысла, если главная цель таких ограничений – устранить издержки опьянения. В отличие от спиртного и других наркотических веществ кофеин, казалось бы, приносит только пользу как отдельным верующим, так и всей группе. Согласно легенде, традиция употребления чая появилась у воздержанных в иных отношениях буддийских монахов, потому что чай помогал им выдерживать длительные медитации, и неизвестно, сколько участников движения «Анонимные Алкоголики» смогли бы высидеть их собрания без кофе и никотина. Пожалуй, круговерть современной жизни внезапно остановилась бы без сигарет, кофе и чая.

По утверждению исследователя истории американской религии Роберта Фуллера, запрет психоактивных веществ у мормонов не столько направлен на решение конкретной проблемы со спиртным, сколько является «способом подчеркнуть отличие от других существующих религиозных групп»{110}. Аналогичные аргументы выдвигались относительно исламского отказа от алкоголя, изначально, возможно, помогавшего отделить раннемусульманский мир от пьющих вино культур Средиземноморья и Ближнего Востока, которые его окружали{111}. Запрет вина – очень решительное культурное заявление, служащее мощным маркером принадлежности к группе и дорогостоящей демонстрацией приверженности ей. В случае мормонов возможность отличить себя от остальных через трезвость сочеталась с другими оригинальными обычаями, такими как обязательное двухлетнее миссионерство для всех верующих мужского пола и разрешение крестить давно умерших предков. Вероятно, именно этот комплекс культурно-эволюционных инноваций, а не запрет спиртного как таковой обусловил относительный успех мормонской веры.

В общем, если бы опьянение оказывало в целом негативное воздействие на культурные группы, тогда нормы, препятствующие употреблению опьяняющих веществ, должны были бы стать всеобщими, тем более что культурная эволюция происходит намного быстрее генетической. Однако если запрет алкоголя и подчиняет себе мир, то явно довольно неспешно. Как объяснить провал попыток ввести сухой закон в Древнем Китае и Соединенных Штатах или тот факт, что, скажем, Франция не исчезла с лица земли? Группы, официально запретившие химические одурманивающие вещества, часто допускают их употребление в частной жизни или закрывают глаза, если элита публично предается излишеству. Многие, более серьезно подходящие к запрету опьяняющих средств, например пятидесятники или суфии, заменяют радость опьянения той или иной формой экстаза, обретаемого без помощи химии, скажем говорением на неведомых наречиях или экстатическим танцем. Все это наводит на мысль, что опьянение выполняет жизненно важную функцию в обществе. Вот почему должно возникать сопротивление попыткам уничтожить употребление спиртного в декретном порядке, а в тех редких случаях, когда его по-настоящему исключают, необходимо заполнять создавшийся вакуум.

Разносолы для предков

Древнейшие доступные нам письменные источники – так называемые гадательные кости эпохи Шан – позволяют заглянуть в ритуально-религиозную жизнь Древнего Китая. Цзю (酒, «вино») – этим общим термином обозначается эль[11] из проса, но также, возможно, напитки из дикого винограда и других фруктов – играло в ней очень важную роль, поскольку в священных ритуальных жертвоприношениях ему отводилось особое место. Как отмечает религиовед Пу Мучжоу, хотя во время подношения богам и предкам различные продукты питания сжигались, вино было настолько значимым, что служило синонимом самой церемонии, а иероглиф, обозначающий этот ритуал (奠, диан), напоминает сосуд для вина, помещенный на подставку{112}. Стихотворение из «Книги песен», возможно древнейшего дошедшего до нас китайского литературного памятника, описывает бытовавший в древнем Чжоу ритуал в честь изобильного урожая:

Мы готовим вино и сладкий мед

Как подношение духам – предкам земли и злаков

Вместе с другими священными дарами,

Чтобы благословение сошло на всех{113}.

В центре церемонии – «вино и сладкий мед», которые, видимо, особенно по вкусу духам-предкам. Делались и другие подношения, предположительно всевозможные кушанья, но это трудно установить с точностью: сообщается лишь о спиртном напитке, а затем вскользь упоминается прочее. Это типично для Древнего Китая, где ритуальные празднества и подношения духам вращались исключительно вокруг употребления и жертвования спиртных напитков{114}.