Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

В лаборатории совместные действия ППК и префронтальной коры можно наблюдать в том числе в экспериментальной парадигме, именуемой Висконсинским тестом сортировки карточек. В этом задании испытуемым дается набор карточек с изображением всевозможных фигур и символов в разном количестве и в разном цвете. Они должны выбрать карточку, соответствующую образцу, предложенному экспериментатором. Правильно выполнив задание, участники получают положительный отзыв, однако никаких дальнейших инструкций не следует. Существует более изощренный вариант задания на поиск соответствия цвета или формы, разработанный для врановых и голубей, и поначалу он вызывает сильное раздражение: вы слышите подтверждение, что добились успеха, но не имеете представления о том, по каким правилам этот успех определяется. Тем не менее испытуемые очень быстро осваиваются, поскольку принцип соответствия не случаен. От вас может требоваться найти соответствие по количеству предметов, цвету или типу, но в любом случае люди удивительно быстро обнаруживают это правило. Как только они уясняют правило, которое интуитивно определили (скажем, ищи соответствие по форме и игнорируй количество и цвет), и начинают инстинктивно отвечать правильно, коварный экспериментатор без предупреждения меняет условие: ни с того ни с сего цвет становится важным, а форма несущественной и карточки, которые раньше соответствовали образцу, теперь отвергаются. Это лабораторный эквивалент обледеневшего тротуара, который неожиданно дает совсем противоположные ожидаемым ощущения. У неврологически типичных субъектов ошибки, появившиеся из-за изменения правила, сигнализируют их ППК о каком-то неблагополучии. Тогда ППК велит префронтальной коре отказаться от прошлого поведения (поиск соответствия по форме), замедлить отклики и ждать, когда определится новое правило. Как только новое правило обнаружено, ППК счастлива, префронтальная кора может расслабиться, а игрок – вновь перейти на автопилот, благополучно подбирая цвет к цвету.

Этот сдвиг происходит не мгновенно. Какое-то время после изменения правила люди упорствуют и продолжают следовать уже неверной стратегии, невзирая на негативную обратную связь. Продолжительность времени, необходимого человеку, чтобы переключиться, – надежный показатель уровня когнитивного контроля и здоровья префронтальной коры. Людям с поврежденной или недостаточно функциональной префронтальной корой нужно много времени, чтобы изменить поведение после смены условий{177}. Иными словами, они продолжают идти обычным шагом, несмотря на новые условия – скользкий лед.

Существенно, что пьяные выполняют это задание так, как будто у них повреждена префронтальная кора. Они упрямо продолжают следовать прежним курсом, несмотря на негативную обратную связь. И это неудивительно, так как многие знают, как засидевшийся в баре выпивоха с тупым упорством снова и снова пытается засунуть ключ в замок соседской двери{178}. Алкоголь оказывает на наш организм целый букет воздействий, усиливающих друг друга. Так, снижение способности воспринимать негативную обратную связь усугубляется множеством других «взрывов», вызванных им в мозге. Угнетается обработка сигналов страха и других отрицательных эмоций амигдалой, и пьяный становится относительно невосприимчивым к любым отрицательным стимулам, которым все-таки удается до него достучаться{179}. Внимание снижается, ограничиваясь текущим моментом, наступает так называемые алкогольная близорукость{180}, человека невозможно переубедить, какими бы ни были рассуждения или внешние обстоятельства. Он не может предвидеть последствия своих действий{181}. Рабочая память и скорость когнитивной обработки снижаются. Нарушается способность подавлять импульсы, что является одной из главных задач префронтальной коры{182}. Наконец, человек, испытывающий прилив серотонина и дофамина в восходящей фазе опьянения, так великолепно себя чувствует, что даже если оглушенному тандему – префронтальной коре и ППК – удается довести до него сигнал тревоги, ему теперь просто все равно, даже если он делает что-то не то{183}. В этот момент разъяренный завсегдатай баров отшвыривает негодные ключи и разбивает окно, чтобы попасть в «свой» дом, к смятению спящих соседей.