Навязчивые мысли. Как прекратить бесконечный внутренний монолог, избавиться от негативных установок и обрести душевное спокойствие

Я спросила у Мелании, какие отношения сложились бы у нее с матерью, если бы она, Мелания, стала исключительной, знаменитой или успешной. Она покачала головой, громко хмыкнула и ответила: «Не уверена, что она была бы готова к такому повороту… актриса второго плана… к тому же после дочери». Через некоторое время она сказала более серьезным и грустным тоном, что не может представить ничего подобного. В семье не было места для второй звезды. Мысли Мелании нашли способ оградить ее от жизни в этой невероятной версии реальности. Хотя внешне мать как будто помогала дочери в продвижении, было очевидно, что успех Мелании сильно бы пошатнул ее позиции, что, в свою очередь, помешало бы матери оставаться такой же заботливой и чуткой. Мелания знала, что у нее будет либо любовь матери, либо карьера — одно из двух. Мысли твердили ей, чтобы она выбрала мать, и заверяли Меланию, что в таком случае она получит то, что ей нужнее всего на свете.

За нашими мыслями, какими бы болезненными или разрушительными они ни были, может скрываться вполне конкретная логика. Обычно эта логика развивается у более молодой и психически менее стойкой нашей версии себя. Это защитный механизм, который был нам нужен в ту пору, когда у нас было меньше осознанности, понимания и ресурсов.

Спросите себя: «Какие ранние переживания или семейные сценарии подкрепляют мои мысли о себе? Помогают ли они мне сохранять статус-кво, оставаться тем же человеком? Нужно ли мне, чтобы они продолжали исподтишка принимать за меня решения? Нужна ли мне еще эта реальность?»

Важно, что в таком случае мы осознаём свои глубинные убеждения, из которых наши мысли проистекают, и решаем, работают эти мысли в наших интересах или уже нет. Когда мы понимаем истоки своих мыслей, нам становится проще действовать.

ВНУТРЕННИЙ КРИТИК

Иногда наши самоуничижительные мысли являются не более чем повторением того, что в детстве мы слышали от наших родителей или значимых взрослых. Мы усвоили негативный образ себя, который транслировали наши родители, и продолжаем относиться к себе так, как мы — по заученной версии — того заслуживаем. Если с малых лет нам твердили, что мы недостойны доброты и любви, то себе мы будем говорить то же самое и относиться к себе станем соответственно.

Принимая критику взрослых, воспроизводя их слова и чувства, мы поддерживаем сложившуюся модель отношений с ними. Нам не приходит в голову критически оценивать решения и поведение людей, которые учили нас воспринимать себя в негативном ключе. Таким образом, наши родители остаются хорошими, а мы — виноватыми, потому что мысль о том, что наши родители (люди, которые по умолчанию должны нас любить) были неправы или поступали вопиюще некорректно, слишком болезненна, и ее трудно принять. Мы перенимаем их версию себя, чтобы нам не пришлось задумываться о том, что их слова или действия могли быть недопустимыми, недобрыми, колкими, неправильными или не теми, в которых мы так нуждались, — даже если родители все это делали из лучших побуждений. Мы избегаем мыслей о том, что те, чья любовь была нам необходима, не всегда поступали как заботливые и поддерживающие родители. Соглашаясь с критическими голосами значимых для нас взрослых, мы перестаем ставить под сомнение, что все наши собственные негативные мысли о себе справедливы.