Не бывает плохой погоды. Как вырастить здоровых, выносливых и уверенных в себе детей: секреты скандинавской мамы (от фрилюфтслив до хюгге)

Всего в двух минутах ходьбы от лачуги стоит еще один небольшой красный домик примерно тех же годов постройки, принадлежащий местной церкви. Я заметила, что каждую среду незадолго до шести часов вечера и затем еще раз в половине восьмого на нашей обычно тихой улочке становится заметно больше машин и время от времени среди деревьев слышатся детские голоса. Однажды подойдя поближе, я заметила в лесу рядом с домиком следы человеческого пребывания. Большие треноги из длинных прямых палок, перевязанных сложными узлами. Невысокие деревянные навесы с именами, вырезанными на внутренних стенах. Многочисленные огнища и разбросанные повсюду угли.

Что-то здесь явно происходило. Но что?

В среду вечером, когда Майя ушла на репетицию хора, мы с Норой отправляемся по дороге в сторону того домика и видим высокого мужчину с длинными, собранными в хвост волосами, стоящего в центре круга из примерно сорока детей в возрасте от девяти до шестнадцати лет. Он терпеливо ждет, пока все успокоятся и встанут ровно с поднятой правой рукой.

– Привет, скауты! – кричит он.

Мужчину зовут Магнус, и, подобно многим другим, он стал скаутом в девять лет. Тогда еще скауты и футбол были фактически единственными внешкольными развлечениями местных детей. Несколько лет назад он решил вернуться в родной город в качестве лидера. По его словам, скаутское движение здесь пока еще достаточно популярно, несмотря на то что теперь многие родители возят детей на секции и кружки в большой город.

– Родители считают, что скауты – это хорошо. Они вспоминают свое счастливое детство, и им нравится, что бо́льшая часть наших встреч проходит на свежем воздухе, – говорит Магнус, недавно сам перешагнувший сорокалетний рубеж. – Даже мы в свое время не проводили так много времени на улице.

Впрочем, у них нет другого выхода, поскольку маленький домик не в состоянии вместить всю группу. Собрания проводятся на улице и в солнце, и в дождь, и у каждого отряда есть своя база под одним из навесов. Одна из главных целей шведского скаутского движения – приучить детей к friluftsliv, причем не только ради здоровья, но и чтобы научить их понимать природу и бережно относиться к ней. Правда, под пониманием природы они подразумевают скорее умение выживать в ней, чем наблюдение за птицами.

– Мы изучаем природу, чтобы ею пользоваться. Мы строим крепости, разводим огонь, – продолжает Магнус. – Разбивая лагерь, сначала мы обеспечиваем условия для выживания группы, а уж потом начинаем следить за тем, чтобы причинить как меньше вреда окружающей среде.

Из всех природных стихий наибольшим уважением у скаутов пользуется огонь.

– Если на встрече мы ничего не жжем, то дети расстраиваются, да и лидер тоже, – шутит Магнус.

Тот, кто сказал, что дети не должны играть с огнем, явно никогда не видел шведских скаутов в действии. Сегодня они готовятся к соревнованию «100 метров огня». По правилам игры отряд должен развести огонь и затем перенести его на определенное расстояние, например на сотню метров. Кроме того, им дается несколько заданий: пережечь натянутую над костром веревку, вскипятить воду в кастрюле, приготовить попкорн и, наконец, зажечь факел. Младшим детям разрешено пользоваться спичками, готовыми дровами и металлической решеткой для переноса углей. Старшим можно пользоваться только огнивом, они сами должны собирать дрова в лесу и придумывать, как перенести угли на расстояние.

Получив сигнал к старту от лидера, некоторые дети вынимают свои ножики и начинают готовить щепу для растопки, срезая с палочек тонкие полоски древесины. Другие отправляются в лес на поиски сухих веток для костра. Девочка на вид не старше десяти лет как ни в чем не бывало начинает колоть дрова. Орудовать ножом, топором и огнем – это одни из первых навыков, которые дети отрабатывают в отряде скаутов, куда принимают с девяти лет, и многие скандинавские родители считают, что эти практические умения – основы выживания в дикой природе – составляют важную часть всестороннего образования.

– Упражнения нужны для того, чтобы показать детям практическую пользу этих навыков, – убежден Торбьорн, другой лидер, чья дочь присоединилась к скаутскому движению пять лет назад. – Если они не смогут развести огонь, то им придется есть сырые сосиски. Так тоже бывает.

Вскоре вокруг нас уже весело пылает несколько костров, и первый отряд, пережегший веревку, начинает перемещать свой огонь. Две девочки поднимают его на двух длинных прямых палках, подложенных под металлическую сетку с горящими углями. Несколько секунд, пока девочки осторожно продвигаются вперед по каменистой земле, угли ровно лежат на решетке. Потом они теряют равновесие, и костер начинает разваливаться. Бум. Бум. Бум. Горящие угли падают на землю (она влажная, поэтому не загорится), и во все стороны летят искры.

При этом никто не злится и не расстраивается.

– Все нормально, можете опустить его, – говорит Джейкоб, один из младших лидеров, спокойно и без тени насмешки.