Не хочу властелина. Верните мужа!

Отзанимавшись до противной дрожи в руках и ногах, пошел повторно принимать душ. Вот только долго наслаждаться водными процедурами не получилось. Настойчивый звонок во входную дверь заставил меня вылезти из душа и пойти открывать.

– Ты?! – вырвалось удивленно у меня. Почему-то думал, что это хозяйка дома вернулась, забыв что-то.

– Я! – заявила черноволосая бестия, окинув меня насмешливо-пренебрежительным взглядом.

Без смущения потеснив меня, она зашла в квартиру.

– Ты бы накинул на себя что-нибудь из одежды, а то такую фигуру нужно стыдливо прятать, а не с гордостью выставлять. И что в тебе Катька нашла?! Хотя, может, налюбовавшись на совершенные тела у себя в зале, дома глазам хочется отдохнуть. Ведь взгляду зацепиться не за что!

Руки непроизвольно сжались в кулаки, желая свернуть шею нахалке. Открытое пренебрежение женщины, которая мне симпатична, задело за живое. Самое неприятное, что я и сам был не в восторге от фигуры хлюпика, в тело которого я попал. Но именно это и дало мне сил сдержаться и не вспылить. Понимание, что я к этому телу не имею никакого отношения, остудило. Но и спешить стыдливо натягивать на себя одежду я не собирался.

– Вы пришли обсудить вкусы вашей подруги в отношении мужчин или по делу? – холодно поинтересовался я, закрывая дверь.

Судя по тому, что она уже разулась и снимала верхнюю одежду, уходить прямо сейчас не планировала.

– Извиняться за внешний вид не буду. Вы не предупредили о своем визите и прервали мои водные процедуры.

– Что за высокопарный слог?! – закатила она глаза. – Я пришла посмотреть компьютер, вчера Кате обещала. А ты можешь продолжать свои процедуры, только потрудись после них натянуть на себя что-то более существенное, чем это куцее полотенце. Как мужчина ты мне не интересен.

– Как женщина вы тоже вне сферы моих интересов.

– Что так? Уже разонравилась? – хищно оскалившись, поинтересовалась она.

– Не стану отрицать – вы относитесь к моему любимому типу женщин. И характер дерзкий, что добавляет изюминки. Таких приятно укрощать. Дома у меня в гареме подобных больше сотни. Приелись. Вначале пыжатся, показывая, что что-то собой представляют, но после хорошего секса тают и ластятся, как и другие наложницы.

– Такие, как я, к тебе могут ластиться только в твоих больных фантазиях!

– Я бы мог вас в этом переубедить, но не свободен в своих действиях.

– Неужели вспомнил наконец, что женат? – ехидно изогнула бровь подруга жены этого хлюпика. Приходилось себе мысленно об этом напоминать, чтобы не поддаться на провокацию и не наказать ее за дерзость. Уж я-то знаю, как подчинить женщину, чтобы она, еще недавно кричавшая дерзости, стонала от страсти.

– Теперь я знаю, что тот, в тело которого я попал, женат. И не хочу, чтобы после моего ухода подруга его жены искала в нем то, чего больше нет.

– Прекрасная отмазка, чтобы скрыть свою несостоятельность подтвердить столь опрометчивые заявления, навеянные непомерно раздутым самомнением.

Я шагнул к ней так стремительно, что она невольно отступила к стене, а я еще больше сократил между нами расстояние, опершись на стену руками возле ее лица и заключая в ловушку своего тела.

– Женщина, не провоцируй меня! От действий подтвердить сказанное меня сдерживает лишь слово, данное хозяйке этого дома.

И пусть тело этого хлюпика физически не развито, но любая женщина отреагирует, когда над ней нависает обнаженный мужчина. А то, что она увидела в моих глазах, прогнало усмешку и поколебало ее самоуверенность. Я заметил, как удивленно расширились ее зрачки и сбилось дыхание.

О да! Я знал, как можно удивить ее еще больше к нашему обоюдному удовольствию. Как еще сильнее увеличить ее смятение и заставить кричать от страсти хоть у этой же стены. Но данное слово заставило меня убрать руки и отступить.

– И до чего же вы договорились с ней? – пряча облегченный выдох, спросила Марина, стараясь вернуть себе невозмутимый вид.

– Я не трону других женщин, пока нахожусь в этом теле. У них семья и ребенок. Будет нехорошо, если потом мои любовницы станут докучать им.

– Рада, что хоть крохи здравого смысла остались в твоей свихнувшейся башке!

– Мне безразлично ваше мнение. Главное, что Катрин верит мне, – холодно парировал я, и вслух произнося имя новообретенной жены на привычный мне манер.

– Я даже не знаю, кто из вас больше свихнулся! – раздраженно фыркнула бестия, уходя в комнату.

Хотел бы я действительно просто свихнуться и находиться сейчас в иллюзорном мире своих фантазий, но такую не придумал бы даже самый извращенный ум.

Я прошел за ней и, достав из шкафа чистую одежду, отправился одеваться. Мог бы сделать это и при ней, раньше я стыдливостью не страдал, но не с этим телом. Тут действительно только нарываться на новые насмешки.

Заглянул в комнату, но девушка сидела, уткнувшись в светящийся экран, а пальцы ее порхали над клавиатурой, словно по клавишам музыкального инструмента. Только вместо музыки слышен был глухой перестук. Непонятно, чем она там занята, но лезть с вопросами я не стал и ушел на кухню.