Не служил бы я на флоте...

мужиком и думал, что предыдущие отзывы писали какие-нибудь

жалкие офисные крысы... (о, мои собратья по несчастью, как же

неправ я был!). Я дождался, пока моя вторая половина не ляжет

спать, и, намекнув на особенный сюрприз, я пошел в туалет. Сна-

чала все шло нормально. Я нанес гель на нужные места и стал

ждать. И очень быстро дождался. Сначала я почувствовал тепло-

ту, которая через несколько секунд сменилась сильнейшим жже-

нием и чувством, которое я могу сравнить разве что с ощущени-

ем, когда на тебя резко натягивают трусы из колючей проволоки,

пытаясь при этом подбросить тебя до потолка. До этого вечера

я не был слишком религиозен, но в тот момент я мог уверовать в

221

любого Бога, лишь бы он избавил меня от жуткого жжения вокруг

сральника и полного разрушения сосиски и двух яиц.

Стараясь не прокусить насквозь нижнюю губу, я попытался

смыть гель в раковине, но мне удалось лишь запихать в дырку

клок волос. Сквозь завесу слез я выбрался из туалета и отпра-

вился на кухню. На кухне идти я уже не мог, так что последние

метры до холодильника я уже полз. Выкатив нижнюю камеру

из холодильника, я нашел там ванночку с мороженым, сорвал с

нее крышку и засунул под себя. Облегчение было фантастиче-

ским, но недолгим, потому что мороженое быстро растаяло, и

адское жжение вернулось. Ванночка была довольно маленькой,

так что жопному отверстию я помочь не смог. Я начал шарить

по ящику, надеясь найти хоть что нибудь – в моих глазах было

уже столько слез, что я мало чего видел. Я схватил пакет, в

котором, как я узнал позже, лежали замороженные ростки фа-

соли, и разорвал его, стараясь сделать это как можно тише.

Я схватил несколько ростков и безуспешно попытался зажать

их между ягодицами. Это не помогло – гель, по ходу, проник в

прямую кишку, и теперь там словно работал реактивный дви-

гатель. Надеюсь, я больше никогда не буду мечтать, чтобы в

кухне оказался снеговик – гей – вы понимаете, как низко я го-

тов был пасть, чтобы унять боль? Единственное решение, ко-

торое придумал мой сведенный болью с ума мозг – осторожно

засунуть один росток туда, куда еще не прорастало ни одно

растение.

К сожалению, услышав странные стоны с кухни, моя супру-

га решила встать и узнать, в чем дело. Ее встретил потря-

сающий вид: я лежу на полу, отклячив жопу, с которой стека-

ет клубничное мороженое, и пихаю в себя фасоль со словами

«О, как же хорошо!». Это, несомненно, ее шокировало, и она в