Неблаженные блаженные святые. Рассказы о необыкновенных подвижниках

Как-то во время службы в храм вошел блаженный Алексий – на голове шапка, в зубах папироса. Он прошелся по храму, заложив руки за спину, не обращая ни на кого внимания. Прихожане растерялись.

Но прошло время, и власти распорядились закрыть храм. Теперь по нему расхаживали рабочие в шапках, с папиросами в зубах. Дым и чад стояли в оскверненном храме – власти перестраивали его под клуб.

Ходил блаженный всегда в одном и том же длинном кафтане до колен. Если ему дарили одежду, он тут же ее отдавал.

Несколько раз власти арестовывали Алексея Ивановича и направляли в костромскую психиатрическую больницу, но всякий раз врачи признавали его здоровым и отпускали.

Наступил 1937 год. Шли аресты. Алексей Иванович знал, что ареста ему на этот раз не миновать и из тюрьмы не выйти. Он собрал свое скудное имущество в мешок и направился в Каурчиху прощаться с родными.

Сестра спросила его:

– Что, Алексей Иванович, совсем приходишь к нам жить?

Тот ничего не ответил, выложил из мешка вещи и распорядился, кому что отдать. Утром Алексей Иванович попрощался и отправился в Парфеново.

Там его уже ждали.

В Кинешемской тюрьме Алексея Ивановича поместили к преступникам.

Блаженный молился и днем, и ночью. Никто не знал, когда он спал и когда ел, свой скудный паек он почти весь раздавал. Обвинить его было не в чем. Следователи его пытали, чтобы он оговорил себя, – ставили босыми ногами на раскаленную плиту.

Молва о странном узнике облетела тюрьму, и ее начальник пришел во время такого допроса поглядеть на блаженного.

– Все говорят, что ты святой, – сказал он, – ты что скажешь?

– Какой я святой? Я грешный, убогий человек.

– Это правильно. У нас святых не сажают, святые преступлений не совершают. А если посадили, так, значит, есть за что. Тебя за что посадили?

– Так Богу угодно, – кротко ответил блаженный.

Наступило молчание, которое сам же Алексей Иванович прервал:

– Что ты со мной говоришь, когда у тебя дома несчастье…

Начальник тюрьмы удивился, но домой не поспешил. А когда пришел, то увидел, что его жена повесилась.

Чуть более месяца пробыл в следственной камере блаженный мученик Алексий. Измученный пытками, он попал в тюремную больницу и здесь скончался.

Тело Христа ради юродивого на тринадцатый день было отдано родственникам и погребено на одном из кладбищ города Кинешмы. Кладбище впоследствии было упразднено властями, и при переносе на другое место были обретены честные останки мученика Алексия.

«Среди нас есть святой»Преподобная София

Преподобная София (Хотокуриду) происходила из Понта, деревни округа Ардаси святой Трапезундской Митрополии. В 1914 году турки забрали ее мужа в рабочий батальон, где он, по всей вероятности, скончался. Смерть настигла и ее дитя, после чего молодая вдова ушла в горы, где жила в аскезе и строгом посте

Там ей явился святой Георгий и сообщил о надвигающемся турецком вторжении. София рассказала об этом своим односельчанам. Им удалось спрятаться и избежать опасности. Когда происходил обмен населением, корабль, перевозивший односельчан Софии в Грецию, едва не потерпел крушение. Святая, видя в морских волнах Богородицу и ангелов, попросила, чтобы утонула она, а односельчане ее спаслись. Но Богородица спасла их всех. Капитан корабля, не веря в их спасение, сказал: “Среди нас есть святой”. И люди ответили: “София”.

Богородица привела святую в Свой монастырь в Клисуре в Кастории, посвященный Рождеству Пресвятой Богородицы, где София прожила в аскезе почти полвека. Здесь она встретила благочестивого иеромонаха Григория со Святой Горы, который подготовил ее к монашеской жизни. Святая жила как монахиня в миру, нося черную одежду вдовства и аскезы, сидела подле очага и натирала лицо золой, чтобы скрыть свою красоту.

Большую часть времени она провела в одиночестве, наедине с Богом, хотя монастырь и оставался без монахов. Она претерпевала лютые зимы, когда температура падала до -15 градусов, и высокую влажность этой местности. Когда ей предлагали развести огонь, она лишь кричала протяжное “Нет!”, которое до сих пор звучит в ушах тех, кто его слышал. Святая ходила босой, одежда ее напоминала лохмотья и была совершенно непригодной для условий этой местности. Ей дарили новую одежду, но она не надевала ее, отдавая тем, кто в ней нуждался. Спала святая на соломе, подкладывая вниз острые камни.

Она никогда не мылась и не причесывалась, и поэтому ее волосы стали очень жесткими. Когда однажды ей понадобилось убрать их с лица, чтобы лучше видеть, потребовалось отрезать их ножницами для стрижки овец. Но, несмотря на это, волосы ее благоухали.