Неблаженные блаженные святые. Рассказы о необыкновенных подвижниках

Вот вам, милостивый государь, объяснение непонятного для вас мешания кушаний; пусть послужит оно толкованием и всей моей, странной для вас, жизни!»

Если раньше прозорливость блаженного была лишь частным внешним проявлением благодати Святого Духа, наполнявшей старца, то с некоторых пор она стала и основным духовным подвигом юродивого на благо и спасение слабых в вере и благочестии.

Однажды приехала к Ивану Яковлевичу богатая барыня с вопросом, когда ей ждать мужа, извещавшего ее о своем скором приезде. После нескольких повторов вопроса Иван Яковлевич расплакался, на что барыня очень рассердилась.

Когда же она засобиралась домой, Иван Яковлевич сказал:

– Вдовица! Вдовица! Почему в цветном, а не в черном?

Барыня еще больше рассердилась, а по возвращении домой нашла на столе письмо, извещавшее, что ее муж скончался в дороге от удара.

В 1821 году господин Волхов, решив проверить прозорливость Ивана Яковлевича, спросил его, скоро ли его жена приедет из Петербурга, хотя сам не был на то время женат.

Блаженный сказал, что тот не женат, но скоро женится; и затем по-гречески и по-латыни описал ему на несколько десятков лет его занятия, успехи и неприятности, прибавив по-русски:

– Живи, как живешь, трудись, как трудился, и хорошо тебе будет.

Господина Волохова поразило знание юродивым его семейного положения. Однако в остальные предсказания он не поверил.

Через десять лет он начал убеждаться в правоте Ивана Яковлевича и стал через знакомых посылать блаженному многочисленные записки с вопросами. И однажды в 1846 году юродивый передал, что даст ответ только по приезде спрашивающего.

Когда господин Волохов подошел к двери Ивана Яковлевича, услышал голос за дверью:

– Вот двадцать пять лет не видались и увидимся опять.

Увидев вошедшего, Иван Яковлевич произнес:

– Двадцать пять лет мы с тобой не видались, дедушка.

После чего рассказал подробно, что произошло с вошедшим за прошедшие годы.

У иных Иван Яковлевич брал булавки, приказывал бросать за себя, приговаривая:

– Колючий язык притупить надобно.

Так, юродствуя, Иван Яковлевич обличал осуждение ближних и грубость речи.

Блаженный вообще полагал, что грехи языка страшнее змеиного яда (по словам Святого Писания).

Приехавшую к блаженному служанку некоей вдовы старец ударил по губам со словами:

– Злой язык!

И служанка призналась, что поругалась с другой служанкой.

Судя по преданиям, не обходил Иван Яковлевич вниманием и священнослужителей.

Антоний, игумен Малоярославецкого монастыря, рассказывал, что, когда однажды посетил Ивана Яковлевича, он посадил его на диван, а сам, встав перед ним, отдал честь рукой, словно солдат командиру. После этого юродивый вырезал из бумаги крест и положил перед игуменом.

Тот подумал, что юродивый предвещает какую-нибудь неприятность. Вернувшись в монастырь, Антоний узнал, что представлен к наперсному кресту.

Уходя от Ивана Яковлевича, Антоний попросил его святых молитв, на что блаженный ответил:

– Ваших просим.

Как-то к блаженному пришли священник и дьякон.

Иван Яковлевич сердито посмотрел на них.

Священник, низко кланяясь, заговорил:

– Батюшка, у нас случилось несчастье. Крест пропал из алтаря.

Иван Яковлевич с гневом закричал:

– Как из алтаря мог пропасть крест? Да ты сам, может быть, украл его…

И блаженный пошел на них с кулаками, укоряя в греховной жизни. Такую произнес проповедь о важности духовного звания и священного сана, что и на некоторых кафедрах лучших не слышали.

Женщина-посетительница, присутствовавшая при этом, подумала: «Вот как он их отделал! А меня как хорошо принял…»

Блаженный в миг очутился перед ней, сдернул с постели, на которой та сидела, и так толкнул на жесткую лавку, что женщина затрепетала. Когда же женщина опомнилась, раскаялась в осуждении священнослужителей и мысленно попросила прощения, Иван Яковлевич обратился к ней, взял ласково за руку и посадил на прежнее место.

Целитель с Божией помощью

Целительство – чудный дар. Им Господь наградил Ивана Яковлевича в полной мере. Известно множество случаев действенной помощи юродивого тем больным, кто уже оставил всякую надежду.

Приведем только два примера. Каждый – замечателен и поучителен в своем роде.

Однажды с Екатериной Григорьевной Палицыной к Ивану Яковлевичу приехала монахиня (в дальнейшем игуменья Влахернской обители) с сомнением по поводу Ивана Яковлевича. Она мысленно решила, что если юродивый заговорит с ней о Божией Матери, то она поверит ему.

Только-только она вошла, Иван Яковлевич запел:

– Радуйся, Благодатная, Господь с Тобою…

Потом сказал:

– Тебе бы, матушка, надо натирать уксусом ноги на ночь.

Гостья призналась, что не спит ночью от сильного жара и ломоты в ногах. Средство, подсказанное Иваном Яковлевичем, помогло ей.

Часто блаженный излечивал посетителей от особо тогда распространившегося недуга пьянства, иногда даже тех, кто пришел к нему от нечего делать.

Так, один господин, более десяти лет страдавший беспробудными запоями, придя к юродивому и сев около него, тяжело вздохнул.

В ту же минуту блаженный спросил:

– Что за животина там вздыхает?