Негласные войны. История специальных служб 1919–1945. Книга первая. Условный мир

Важнейшую роль играло размещение в Германии наиболее эффективных подпольных мастерских по изготовлению документов для Коминтерна и спецслужб СССР, известных также как “пасс-апарат”, или “пасс-централь”. Формально этот аппарат считался нелегальной структурой ГКП и был создан в течение 1919–1920 годов, в 1921 году подвергся разгрому, однако вскоре был восстановлен и реорганизован. Вопреки названию, его продукцией являлись не только паспорта, но и все сопутствующие человеку в обыденной жизни документы, легализующие его образование, работу, воинскую службу, социальное страхование, уплату налогов и иные вехи жизненного пути. Паспортная линия являлась жизненно необходимым инструментом для внедрения нелегалов и обслуживалась разветвленной сетью источников. Специалисты этого профиля, или, на сленге разведки, “сапожники” при изготовлении документов использовали информацию о чернилах, которыми вносились записи в различные периоды времени, о распространенных в той или иной местности именах, о дефектах печатей, об особых требованиях полиции к регистрации граждан и многих других аналогичных деталях. Ежегодно в период с 1927 по 1933 годы в мастерских “пасс-аппарата” изготавливались по 400 комплектов разного рода документов. В одной из них в 1932 году хранились различные шрифты, включая уже вышедшие из употребления, но еще имеющиеся в действующих бумагах, общей массой в 1,7 тонны. Документы заверялись подлинными и поддельными печатями различных государств от Турции и Болгарии до Голландии и США. Вспомогательные мастерские Коминтерна и разведывательных служб СССР располагались в Дании, Швеции, Швейцарии, Норвегии, Голландии, Бельгии, Саарской области, Австрии, Чехословакии и Данциге. Общее количество специалистов, вовлеченных на постоянной основе в деятельность этой подпольной полиграфической индустрии, достигало 170 человек. В ноябре 1932 года полиция разгромила располагавшуюся на берлинской Кайзер-аллее одну из мастерских “пасс-аппарата”. Опубликованный в газете “Берлинер тагеблатт” отчет о результатах этой акции гласил: “В мастерской было обнаружено 2000 штампов, 600 бланков паспортов, 35 почти заполненных паспортов, 807 фотографий для паспорта, 710 штампов для подтверждения уплаты пошлины, 300 официальных бланков, 73 формы расписок, 57 штампов об уплате налогов, 165 свидетельств, 700 полицейских документов, 30 трудовых книжек и 650 бланков различных фирм”[35].

“Пасс-аппарат” бесперебойно работал до 1932 года, но после нарастания угрозы прихода к власти нацистов его основные мастерские были переведены в находившуюся под управлением Лиги Наций Саарскую область. 1933 год принес новые проблемы и поставил перед “сапожниками” задачу срочного изготовления идентификационных документов на 600 переходивших на нелегальное положение членов ГКП. К этому времени “пасс-аппарат” располагал примерно 5 тысячами паспортов, в числе которых были 1000 германских, 75 шведских, 300 датских, 75 норвежских, 400 голландских, 100 бельгийских, 300 люксембургских, 400 саарских, 200 подлинных и 700 фальшивых швейцарских, 300 австрийских, 600 чехословацких, 100 данцигских и около 500 германских паспортных форм[36]. После вхождения Саарской области в состав рейха существовавшая система фабрикации документов была разрушена, а ее остатки, переведенные в Москву и Париж, никогда более не достигали столь впечатляющих масштабов.

Среди задач советской разведки в Германии работа по эмиграции занимала достаточно скромное место. Это объясняется тем, что, хотя в стране обосновались свыше 600 тысяч эмигрантов из России, они образовали там намного меньше активно действующих контрреволюционных организаций, чем, например, во Франции. Тем не менее, в мае 1921 года в Баварии на так называемом Рейхенгальском съезде был избран Высший монархический совет (ВМС) во главе с бывшим депутатом Государственной думы Н. Б. Марковым-вторым. Это была чисто политическая организация, которая лишь собиралась, но не сумела подмять под себя “Объединенную русскую армию” и таким образом обзавестись вооруженной силой. Совет активно искал контакты с единомышленниками в России, и после перехвата отправленного из Эстонии в Берлин письма князя Ширинского-Шихматова на него наткнулось ОГПУ. В результате этого возникло описанное далее знаменитое агентурное дело “Трест”. В Германии появилась также и организация экстремистски настроенных молодых офицеров-эмигрантов “Братство Белого Креста” (ББК), в которую сумел внедриться советский разведчик Н. Н. Кротко (“Кейт”). Однако эмигрантские организации в Германии интересовали ОГПУ и Разведупр во вторую очередь, поскольку они не пользовались поддержкой правительства страны пребывания и поэтому не представляли собой серьезной силы.