Негласные войны. История специальных служб 1919–1945. Книга первая. Условный мир

Аналогичная тенденция наблюдалась и в военной разведке. Абвер постепенно развивался и укреплялся. С 1927 по 1929 год им руководил майор, впоследствии полковник Гюнтер Швантес, с 1929 по 1932 год — подполковник Фердинанд фон Бредов, позднее дослужившийся до генерал-майора. 1 марта 1929 года абвер вместе с политическим и юридическим отделами и отделом кадров был переподчинен Управлению министерства рейхсвера, которым руководил генерал фон Шлейхер. Отдел разведки штаба ВМС протестовал против распространения деятельности абвера на все вооруженные силы, и к 1927 году это разногласие сильно обострилось. Год спустя морскую разведку влили в состав военной, оставив в распоряжении ВМС отдел оперативной разведки, но командующий флотом адмирал Редер не успокаивался и утверждал, что специфические интересы моряков в ведении разведывательной и особенно контрразведывательной работы совершенно не учитываются. Тогда в 1932 году военный министр принял мудрое решение и успокоил страсти, назначив на должность начальника секретной службы морского офицера, капитана 1-го ранга Конрада Патцига. До активного развертывания операций немецкой разведке оставалось всего несколько лет.

Оперативная разведка и информационная работа проводились видами вооруженных сил самостоятельно. Германия не имела права содержать военную авиацию, однако уже 1 марта 1920 года под кодовым названием “Группа ТЗ” возникло разведывательное отделение “Иностранные военно-воздушные силы” с секциями “Восток” и “Запад”. С 1 апреля 1927 года оно приобрело статус отдела и условный номер VI, руководил им барон Хильмер фон Бюлов. Морская разведка испытывала в Веймарской республике сложные времена. Распущенная в соответствии с условиями Версальского мира, она начала восстанавливаться уже в 1919 году, однако в течение некоторого времени весь ее штат состоял из одного начальника, капитан-лейтенанта Брауне. Первоначально на службу в это подразделение зачислялись исключительно гражданские лица, поскольку разрешенная для Германии численность военно-морских сил была столь незначительной, что едва позволяла укомплектовать экипажами оставшиеся корабли флота. В конце 1919 года после ухода Брауне на другой участок службы разведку возглавил также гражданский чиновник, имевший в подчинении всего двух человек. Лишь в октябре 1929 года ее руководителем вновь стал офицер, однако такая мера предназначалась лишь для экономии на заработной плате. В 1919 году флот негласно начал возвращать на службу своих криптографов, однако основная часть их работы заключалась в разработке собственных шифров и кодов. Созданный в октябре 1934 года Отдел морской разведки (2-й отдел главного штаба кригсмарине) поглотил ранее самостоятельные отделы разведывательных оценок и радиоразведки, а также подразделение ФМ. Разведку германского флота неофициально именовали АШ, поскольку ее внутренняя структура состояла из трех компонентов:

— АЗа — отделение разведывательной связи;

— АЗб — отделение радиоразведки;

— группа ФМ — “Иностранные военно-морские силы”.

До 1935 года численность морской разведки Германии не превышала 20 человек, а ее центральный аппарат из Берлина переместился в Киль. 2-й отдел главного морского штаба кригсмарине по декабрь 1939 года возглавлял капитан 1-го ранга Теодор Арпе.

Важность разведывательной работы прекрасно понимали и в министерстве иностранных дел. Поскольку вести агентурно-оперативную работу дипломатам не подобало, в МИД в 1919 году решили возродить криптоаналитическую службу, тоже запрещенную условиями Версальского мира. Ее первым руководителем стал бывший армейский дешифровальщик Курт Зельхов, возглавивший так называемый “Реферат I Ц”. Эта структура включала в себя и криптографов, и криптоаналитиков, и успешно координировала свою работу с коллегами из других министерств. Тогда же и военные в тайне от Межсоюзнической военной контрольной комиссии занялись возрождением криптоаналитической работы, открыв соответствующее подразделение под прикрытием “Добровольческого бюро оценок”. Все перечисленные структуры были довольно слабы и вместо координации усилий предпочитали конкурировать между собой. Тем не менее, их сферы деятельности все же несколько разнились. Военные больше внимания уделяли перехвату и его анализу, а дипломаты сосредоточились на дешифровальной работе.