Читаем Нейтронные звезды. Как понять зомби из космоса полностью

С 1983 по 1992 год Вольщан был одним из постоянных сотрудников обсерватории Аресибо, и в его обязанности входила регулярная проверка состояния приемников и другого оборудования, размещенного на платформе, висящей высоко над центром тарелки. Чтобы туда попасть, он пробегал по тому же мосту, по которому я сейчас осторожно крадусь, как минимум дважды в неделю. “По разным причинам мне необходимо было туда подниматься, но ощущение там, наверху, всегда было очень захватывающим, ведь оттуда видно, какая это гигантская конструкция, – вспоминал он. – И когда вы глядите на эту тарелку сверху, у вас реально возникает другая перспектива”.

Когда я ступаю на платформу, у меня появляется легкое головокружение и я чувствую себя немного Джеймсом Бондом: ведь именно здесь, на этом мосту и на этой платформе, агент 007 сражался с главным злодеем в фильме “Золотой глаз”. Но мне рассказали, что во время съемок Пирс Броснан, исполнявший роль Бонда, из-за боязни высоты никогда не ходил по этому мосту – это делал его дублер. Я улыбаюсь, когда мне говорят, что я круче Джеймса Бонда. И еще один факт, разоблачающий суперспособности секретного агента: тарелка никогда не поднималась из искусственного озера – этот трюк был проделан с помощью миниатюрной модели Arecibo, а Бонд в ней оказался с помощью комбинированных съемок. Технический менеджер Луис Кинтеро рассказал мне и о других фокусах. В фильме тарелка находится на Кубе, а не в Пуэрто-Рико, кроме того, в реальной жизни по самой тарелке никто никогда не перебегал, не говоря уже о том, что никто в нее не падал. Еще одно большое отличие объясняется не фантазиями кинематографистов, а реальностью. Во время съемок не было красивого Григорианского купола, внутри которого в 1997 году на треугольной платформе установили подвижные приемники. Все это дополнительное оборудование появилось только через два года после того, как фильм показали в кинотеатрах.

В то время как разрушение телескопа в фильме “Золотой глаз” было съемочным трюком, в реальности Arecibo в сентябре 2017 года серьезно пострадал во время стихийного бедствия. Смертоносный ураган пятой категории “Мария”, опустошив некоторые регионы Пуэрто-Рико, Доминиканы и Виргинских островов (США), не пощадил и обсерваторию, причинив ущерб примерно в четырнадцать миллионов долларов. Остроконечная радарная антенна на 430 МГц, используемая для исследований атмосферных явлений, сломалась, и огромный ее кусок упал на тарелку и пробил ее. Пришлось заменить около девяноста панелей отражателей. Также было затоплено пространство под отражателем, что повредило большое количество кабелей и обогревателей. По словам Кинтеро, телескоп продолжают ремонтировать, и на это уйдет много времени[28].

Тарелка, или, если использовать научный термин, неподвижный сферический отражатель, помещена в естественное углубление в земле – карстовую воронку. Обсерватория, построенная в 1963 году во времена холодной войны, изначально предназначалась для национальной обороны: правительство США собиралось использовать ее для обнаружения советских спутников и ракет. А в 1974 году телескоп Arecibo прославился на весь мир: он передал самое мощное радиопослание, когда-либо отправлявшееся в космос, которое предназначается для прочтения инопланетянами в близлежащем шаровом скоплении М13. К сожалению, сообщение прибудет в пункт назначения через 24 950 лет, а к этому времени звезды скопления М13 переместятся с нынешнего места.

Поверхность тарелки покрыта 38 778 алюминиевыми панелями, каждая площадью два квадратных метра. Под отражателем растет густой тропический лес с гигантскими бамбуковыми деревьями высотой в три этажа, там обитают ящерицы размером с ладонь и кузнечики величиной с большой палец. Пройдя под отражателем, я увидела, как крепится это сооружение. Когда находишься внизу, под тарелкой, возникает странное чувство – как будто стоишь на огромном крытом стадионе, только крыша его перевернута вверх дном. Как говорит Вольщан после многих часов, проведенных в размышлениях под этим мегаотражателем: “Это зрелище позволяет оценить, насколько действительно хрупкая и в то же время огромная эта штука. И вы понимаете, какая это сложная задача – поддерживать форму поверхности тарелки очень близкой к сферической, регулируя натяжение тросов, которые удерживают алюминиевые панели, составляющие саму тарелку”. Поскольку тарелка с гигантскими отражателями закреплена неподвижно, то, чтобы следить за источниками излучения в разных точках неба, астрономы перемещают вверх-вниз не саму тарелку, а небольшой купол над ней. Для управления им используется кран с вращающейся стрелой, похожей на банан2.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука