Неизведанное тело. Удивительные истории о том, как работает наш организм

Мешочек уже истрепался, и на моей коже тоже появилось больше шрамов, морщин и пигментных пятен с тех пор, как я его сделал. Будучи защитным покровом, кожа принимает на себя основные удары жестокого внешнего мира, постоянно терзающего наше тело, и немилосердное солнечное излучение. Кажется правильным, что кожа животных может стать одеждой для людей, дополнительным защитным слоем, помимо нашего собственного биологического, уберегающим от агрессивного внешнего воздействия. Добывая и смягчая звериные шкуры, древние люди научились создавать еще один искусственный слой поверх многочисленных слоев собственной кожи.

Кожа рассказывает историю о слоях, из которых состоит наше тело, но она также повествует и о том, как человечество создает собственный материальный мир вне тела. После одежды люди научились изготавливать и другие внешние слои, например стены домов – дополнительное защитное покрытие, схожее с маленьким пузырем безопасности в опасном мире. Стены имеют ту же структуру, что и кожа: прочный средний слой из деревянных брусьев или бетона придает прочность, как дерма, а внешний слой отделки отводит воду, как эпидермис, и он единственный виден снаружи. Мы используем гистологическую схему нашего тела для строительства защиты от стихий, таким образом воссоздавая собственный биологический образ.

9. Моча

У большинства людей нет любимой биологической жидкости: все они, как правило, считаются отвратительными. Даже в медицине есть старая пословица, что врачи выбирают специальность, исходя из того, какая биологическая жидкость им менее противна. Поскольку каждый специалист имеет дело с определенной жидкостью, врач, испытывающий отвращение к калу и мокроте, но способный выносить вид крови, может стать гематологом, в то время как врач, которого отталкивают моча и желчь, но который терпимо относится к мокроте, может тяготеть к пульмонологии.

Однако, будучи студентом, я предпочитал думать, что некоторые врачи активно интересуются определенными биологическими жидкостями, потому что заинтригованы их уникальными диагностическими тайнами. От гноя при инфекционных заболеваниях до дренажа носа при ЛОР-операциях – все многочисленные выделения, секреты и нагноения организма являются важным источником информации, которую врачи используют для диагностики и, следовательно, лечения заболеваний. Биологические жидкости, которые обычно удаляют и презирают, являются средой врачебного ремесла, и каждая из них имеет свой язык, позволяющий врачам понять, что не так с пациентом. Быть специалистом – значит свободно владеть диалектом одной конкретной жидкости, научиться интерпретировать ее цвета, текстуры и консистенции и посвятить свою карьеру размышлениям о ее секретах.

Выбор медицинской специальности был подобен выбору биологической жидкости. И хотя я не хотел останавливаться на чем-то одном (я остался врачом общей практики), я всегда был неравнодушен к моче.

Моча образуется в почках – паре бобовидных органов, расположенных в задней части брюшной полости. Моча состоит в основном из воды, отфильтрованной из кровотока, а также растворимых продуктов жизнедеятельности организма, которые определяют ее цвет и запах. Моча отходит от почек по мочеточникам и скапливается в мочевом пузыре, откуда ее без применения игл собирают путем мочеиспускания в пластиковые стаканчики для анализа. Моча отличается тем, что предоставляет врачам огромное количество информации о состоянии пациента.

Я помню, как впервые наблюдал за тем, как нефролог – специалист по болезням почек – превращает образец мочи в диагноз. Во время факультатива по нефрологии в институте я следовал за ним, пока он нес маленький пластиковый стаканчик с мочой в лабораторию отделения нефрологии. Он мчался по коридорам больницы, а его длинный белый халат развевался за спиной. Он погрузил в жидкость тест-полоску, которая показала следы крови и белка, невидимые невооруженным глазом. Затем с помощью пластиковой пипетки он поместил небольшое количество мочи в центрифугу: она быстро вращалась и концентрировала отдельные клетки в осадок на дне пробирки. Посмотрев в микроскоп на одну каплю полученного вещества и отметив случайные частицы клеточного мусора в поле зрения, он сложил исчерпывающую диагностическую историю, которая охватывала все симптомы и отклонения лабораторных показателей у пациента. Диагнозом был гломерулонефрит, одна из форм заболевания почек. Нефролог, казалось, смог заглянуть внутрь этого пациента с помощью ясновидения, используя мочу в качестве хрустального шара. С того момента я твердо решил изучить секретный язык этой жидкости.