Неизведанное тело. Удивительные истории о том, как работает наш организм

Научившись ценить мочу за ее способность сообщать о различных аспектах организма, я узнал, что в почках тоже скрыта полезная информация. У пациентов с печеночной недостаточностью контроль функции почек позволяет косвенно следить за состоянием печени. Хотя я не мог логично объяснить происхождение этого синдрома, я мог предугадать его развитие. Почки подают сигнал тревоги и при других тяжелых заболеваниях. Кардиоренальный синдром означает сердечную недостаточность в терминальной стадии, приводящую к почечной недостаточности по малопонятным причинам, и, как и в случае с печенью, когда ослабевает поток мочи и почки начинают отказывать, это часто означает, что конец близок. Синдром полиорганной недостаточности (СПОН) – это тяжелое состояние, при котором органы отказывают один за другим, подобно домино. Происходит коллапс экосистемы человеческого организма. Первыми часто отказывают почки, после чего начинается цепная реакция, которая неумолимо ведет к смертельному исходу.

Диагностика и лечение гепаторенального синдрома показали мне важность экологического подхода к ведению пациентов. В здоровом состоянии все органы взаимосвязаны, но еще больше эта взаимосвязь проявляется при болезни. По этой причине врачи часто ставят диагнозы косвенно. Иногда мы обнаруживаем рак поджелудочной железы, только когда он поражает печень и желчевыводящую систему и таким образом попадает в поле зрения. Рак яичников часто проявляется, когда нарушает работу кишечника. По тому же принципу я мог выявить те или иные критические заболевания в ОРИТ, анализируя поток и содержание мочи пациентов. Организм человека – это нечто большее, чем просто набор отдельных элементов, и ключи к благополучию одного органа спрятаны в другом.

До поступления в институт я понимал экологию в контексте природных экосистем, а учась на врача, постигал аналогичный экологичный подход к строению организма. Как и в природе, в организме существует множество симбиотических отношений, и большинство из них вполне логичны. Например, сердце и легкие расположены в одной грудной клетке, они синхронно ускоряются, когда человек быстро поднимается по лестнице, а затем вместе замедляются, когда человек отдыхает. Так же синхронно и гармонично увеличиваются и сокращаются популяции хищника и его жертвы. Однако некоторые симбиотические отношения, например между почками и печенью, менее очевидны, подобно микоризам между корнями деревьев и грибами, скрытым под землей. Наши внутренние органы взаимодействуют друг с другом с помощью сложного и трудноразличимого языка сигналов кровотока. Этот язык медицина еще не до конца расшифровала. Подобно волкам, воющим в ночи и передающим по воздуху загадочные послания, органы шлют друг другу по кровотоку сообщения, о сути которых мы можем только догадываться.

С нашими ограниченными знаниями о природе влияние одного вида на другой часто невозможно предсказать. Исчезновение какого-либо из них может нести непредвиденную угрозу экологическому балансу. Как и в случае с природными экосистемами, сбой в любой части нашей внутренней экологии может привести к глобальному сбою, даже если мы не можем объяснить эти закономерности, опираясь на передовые научные знания.

Окружающий мир и его разнообразные обитатели, включая других представителей нашего собственного вида, окружают нас как группа взаимодействующих друг с другом персонажей, наполняющих нашу жизнь снаружи. Но внутри нашего тела находится еще одна группа персонажей, составляющих внутреннюю экосистему, которая перекликается с окружающим миром. Каждый из нас является частью чего-то большего и одновременно содержит внутри себя такую же единую и взаимосвязанную общность, образуя экологию внутри экологии.

Почки, возможно, не занимают главное место в организме, но за счет выработки мочи они поддерживают функционирование всех остальных органов и, следовательно, относятся к ключевым видам внутренней экосистемы организма. Без непрерывного жизненно необходимого потока мочи вся система рушится. Почки не только уязвимы, но и проницательны: они как канарейка в угольной шахте организма[20]. А моча – это язык, на котором они кричат о помощи.

10. Жир

Однажды я шел по улице в городе Барроу на Аляске. Свернув за угол, я увидел это: кучи блестящего китового жира, разложенные на заснеженном газоне перед небольшим зеленым трейлером. Каждая полоса была длиной с человека, шириной в два фута, толщиной почти в фут[21] и пестрела оттенками розового и желтого. Я ткнул пальцем в одну из полосок: она была твердой, маслянистой и прохладной на ощупь. Среди кусков жира виднелись останки гренландского кита: куски мяса, черные пластины китового уса, которые животное использовало для отцеживания пищи из морской воды, и массивное сердце размером с фитбол с выходящим из него остатком аорты диаметром с мое бедро. Рядом стояли деревянные сани, на которых все это перевезли с морских льдин, а возле них на окровавленном снегу лежал нож с длинным лезвием.