Неизвестный Киров

Впервые сомнения по поводу существования ленинского документа, адресованного лично Кирову, заронил известный исследователь биографии Кирова С. В. Красников[107]. Он утверждал, что такое ленинское указание привез Кирову в Астрахань вернувшийся из Москвы Юрий Павлович Бутягин[108]. Действительно, последний в июле 1919 года находился в Москве. 16 июля 1919 года он был принят Лениным[109], который заслушал его доклад о положении в Астрахани. После этого Ю. П. Бутягин написал докладную записку «О военно-политическом и экономическом положении в Астраханском крае». Это было 25 июля. На записке Бутягина Ленин сделал пометку «1 августа». Биохроника Ленина Сообщает, что 1 августа Ленин читал докладную записку Бутягина, но ни в переписке Секретариата ЦК РКП(б) с местными партийными организациями, ни в биографической хронике Ленина нет упоминаний о ленинской записке Кирову с указанием «Астрахань защищать до конца». Более того, если бы такое указание Ленина было передано Бутягиным Кирову в устной форме, то, скорее всего, последний обязательно бы об этом упомянул в своей речи на общегородской Астраханской партийной конференции 3 августа 1919 года. Однако Киров ни словом не обмолвился по поводу ленинского указания, в том числе и тогда, когда произносил ставшие крылатыми слова: «Пока в Астраханском крае есть хоть один коммунист, устье реки Волги было, есть и будет советским»[110].

Скорее всего, в письменной форме (записка, телеграмма) такого ленинского документа Кирову не было вообще. Что же касается устного указания, переданного через Бутягина, то, возможно, оно и было. Однако Бутягин не упоминает о нем в своих воспоминаниях.

Киров и Бутягин, как уже отмечалось, знали друг друга давно. Их знакомство произошло не позднее 1917 года. Во время двух последних поездок Кирова в Москву в 1918 году Бутягин сопровождал его — и как представитель Москвы, и в доставке оружия. Так вместе с Кировым он начале 1919 года оказался в Астрахани.

После подавления мартовского мятежа 1919 года в Астрахани Бутягин отзывается в Москву, где находится с июля по август 1919 года. Однако уже в сентябре становится командующим переформированной 11-й Красной Армий, членами РВС ее стали В. В. Куйбышев (август-октябрь 1919 г.), С. М. Киров (сентябрь 1919 — март 1920 г.) и К. Механошин (декабрь 1919 — май 1920 г.).

К этому времени относятся и первые стычки Кирова с Львом Давидовичем Троцким. Сначала они возникли из-за назначения командармом 11-й Красной Армии М. И. Василенко. Инициатива этого решения исходила от Троцкого. Есть интересный, впервые публикуемый документ — телеграмма, подписанная Кировым[111]:

«ЦК партий Стасовой, копия предсовнаркому Ленину, копия предревсовета республики Троцкому, копия Саратов ревсовет, юго-востфронта. Астрахань 27 ноября 1919 г.

Вот уже три месяца обязанности командарма 11 армии исполняет член ревсовета XI — Бутягин. Считаю долгом отметить, что за это время армия определенно выросла и окрепла. Положение на здешних фронтах определенно улучшилось: исчезло разгильдяйство, установилась дисциплина, налажены хозяйственные аппараты армии. За этот период фронтах не было ни одной серьезной неудачи. Главное достоинство Бутягина — это энергия, распределительность и организаторские таланты…

К сожалению, очевидно, работа Бутягина недостаточно оценивается в руководящих военных органах, т. к. на днях врид командармом назначен бывший начдив Василенко. По-моему, эта перемена не только ничем не вызвана, но даже рискована. Сейчас перед XI армией стоят огромные задачи и производить на фронтах сему [замену] в этот момент едва ли целесообразно, тем более, что командарма коммуниста должен заменить не коммунист, что в здешних условиях небезразлично»[112].