Неизвестный Рузвельт. Нужен новый курс!

Правительство оказалось в затруднительном положении – объединенная резолюция конгресса о «нейтралитете» не предусматривала случая гражданской войны. Юридически Вашингтон не мог воспрепятствовать оказанию материальной помощи республике. Испанское правительство произвело небольшие закупки вооружения и военных материалов и в США. Государственный департамент объявил о введении «морального эмбарго» на торговлю с республиканской Испанией. Но именно моральные соображения двигали чистыми идеалистами, отправившимися из США воевать за испанскую и международную демократию в конце 1936 года. Они пробирались в Испанию, где составили прославленную интернациональную бригаду имени А. Линкольна. Из ее 3 тыс. человек 1800 героев сложили головы на испанской земле.

Эти и другие благородные люди олицетворяли рассвет мировой борьбы против фашизма, который, однако, не состоялся. ФДР был среди тех, кто жестко локализовал борьбу демократии против фашизма пределами Пиренейского полуострова. «Стремясь не допустить превращения конфликта в широкую войну, – замечает Р. Даллек, – Рузвельт был готов игнорировать международную практику, позволявшую торговать и посылать оружие республиканскому правительству Испании. Он не был заинтересован в то время в спасении Испании. Он только хотел, чтобы конфликт не вылился в общую войну в Европе»31.

Первым актом вновь открывшейся сессии конгресса 6 января 1937 г. было распространение объединенной резолюции о «нейтралитете» на гражданскую войну в Испании, причем ей была придана обратная сила! ФДР подписал резолюцию 8 января. Франко комментировал: «Президент Рузвельт поступил, как настоящий джентльмен. Его закон о нейтралитете, приостанавливающий экспорт военного снаряжения обеим сторонам, быстрота, с которой он принят и проводится в жизнь, являются жестом, который мы, националисты, никогда не забудем».

В июле 1937 года Япония напала на Китай. Боевые действия развернулись на громадных пространствах. Но президент «не нашел» состояния войны, и закон о «нейтралитете» не был применен к японской агрессии на Дальнем Востоке. Япония в громадной степени зависела от импорта из США, эмбарго на поставку стратегических материалов привело бы к прекращению японской агрессии (а она рассматривалась на Западе как прелюдия к войне против СССР) и одновременно обострило бы ее отношения с Соединенными Штатами. Чего и стремился избежать ФДР, надеявшийся отвести японскую угрозу от США и защитить американские интересы на Дальнем Востоке и Тихом океане руками других.

Позиция Вашингтона оказалась на руку японским милитаристам. Министр иностранных дел Японии Хирота заявил: «Отношение Америки к китайскому инциденту справедливо и правильно».

Напряженность в мире нарастала с каждым месяцем. В 1936–1937 годах агрессоры объединили свои силы, заключив «антикоминтерновский пакт». Советский Союз неустанно звал правительства и народы встать на путь коллективной безопасности, ибо только единый фронт мог остановить сползание к войне. Советское правительство считало, что особенно важны совместные действия СССР и США в рамках системы коллективной безопасности. Еще в декабре 1933 года СССР предложил заключить пакт о ненападении между Советским Союзом, США, Китаем и Японией. ФДР ответил, что США готовы оказать СССР «моральную поддержку». Американские деятели с неописуемой наивностью верили, как писал Буллит Рузвельту, что «Советское правительство бесконечно оценит моральную поддержку США в деле предотвращения войны с Японией и мы практически сможем потребовать и получить все, что хотим»32. Они там, в дипломатическом ведомстве США, напрочь рехнулись!

После начала японской агрессии в Китае советская дипломатия вновь поставила перед Рузвельтом вопрос о Тихоокеанском пакте. На что ФДР ответил советскому полпреду Трояновскому: «Пакты не дают никакой гарантии, им нет веры… Главная гарантия – сильный флот… Посмотрим, как выдержат японцы морское соревнование»33. Он не желал брать на себя какие-либо обязательства.

В частных беседах ФДР уже с 1935 года крепко высказывался в адрес фашистских заговорщиков. Допущенные в Белый дом выслушивали рассуждения ФДР: «Этому должен быть положен, конец. Почему миролюбивые народы не могут объединиться и послать агрессоров в сумасшедший дом? Должен быть найден способ запереть их так, чтобы они не причиняли вреда. Нужен санитарный кордон, такой же карантин, какой устанавливается против эпидемии заразной болезни»34.