Ненастоящий мужчина

2. К тому времени, когда возникло движение суфражисток, маркетологи догадались, что женщина — лучший потребитель и идеальный покупатель. Во–первых, из–за своей конформности она отлично поддаётся рекламе. У неё можно создать приверженность к любым брендам и модам. При этом их можно менять хоть каждый сезон, заставляя женщин обновлять свой гардероб и аксессуары. Во–вторых, половой инстинкт требует от женщины для привлечения мужчин выглядеть лучше всех конкуренток, а это отличная база для продаж дорогих, роскошных вещей и украшений. Мы помним, как древние римлянки тяжело переживали отсутствие у них драгоценностей и одежд из ценных тканей. В-третьих, женщины делают максимум спонтанных покупок ненужных вещей, что зачастую становится их хобби (теперь мы называем это шопингом). Многие женщины такими покупками лечатся от хандры. И в-четвёртых — самый важный пункт — женщина никогда не станет думать над вопросом «купить или не купить/» по простои причине, которая природой заложена ей в мозг. И это — инстинктивное стремление создать себе максимальный комфорт здесь и сейчас. Что будет потом — её не волнует, её мышление тактическое. Если есть возможность сделать себе приятно и увеличить собственный комфорт, пусть даже краткосрочный, она его непременно улучшит. А это дополнительные продажи. Эти четыре причины делают из женщин отличных покупателей, причём таких, чей спрос можно формировать как угодно с помощью рекламы.

3. В патриархальной семье бюджетом управляет мужчина. Он решает, каким покупкам быть, а каким — нет. Он слабо поддаётся рекламе. Он планирует траты на будущее, а поэтому больше откладывает и меньше тратит. Он вкладывает деньги в своё дело вместо того, чтобы отнести их в чужой магазин, ресторан или туристическую компанию. Мужчины — плохие покупатели, и тот факт, что бюджет семей находится под их контролем, сильно огорчало владельцев крупного бизнеса. Идея разрешить женщинам работать, а стало быть, разделить бюджет, понравилась капиталистам. Это позволяло женщинам контролировать хотя бы часть денег, а согласно пункту 2 выудить эти деньги у них было гораздо легче, чем у мужчин. Однако перед капиталистами маячила куда более лакомая, но пока утопичная идея — сделать так, чтобы под управлением женщины оказалась не только её зарплата, а также доход мужчины. А кроме того, все льготы и субсидии на детей, бизнес и т. п. Иными словами, в идеале для крупного бизнеса все деньги семьи должна была контролировать женщина. К тому, как это реализовывалось, мы ещё вернёмся. Пока же продолжим повествование.

Итак, хотя конечные цели капиталистов не совпадали с таковыми у марксистов, предполагаемые тактические шаги были одинаковы. Это: 1) лишение мужчины статуса и функций главы семьи, разрушение семейной иерархии, превращение семьи в неуправляемую изнутри структуру, подобную парной семье эпохи варварства или римской семье «sine manu»; 2) предоставление женщине всей полноты прав, особенно права на свободный труд; 3) ослабление влияния регуляторов инстинктивного поведения (особенно религии и морали) на людей, демонизация религии, расшатывание морали, стимулирование инстинктивного поведения, особенно женского; 4) подчинение хотя бы части, а в идеале — всего семейного бюджета женщине.

Итак, идеи суфражизма–феминизма пришлись очень по душе представителям крупного бизнеса. Эти идеи обещали одновременное снижение расходов на заработную плату и повышение доходов с продаж. Двойная (если не десятерная) выгода. А ради этой выгоды бизнес был готов раскошелиться.

Суфражистки–феминистки стали получать неплохие денежные вливания, и их дела тут же пошли в гору. В газетах стали мелькать статьи об ужасах угнетения женщин. По радио принялись выступать люди, которые расписывали героические деяния лидеров феминистического движения. Появились политики, которые поддерживали женщин и борьбу за их права. И журналисты, и агитаторы, и политики получали обильную мзду за свою деятельность. Спустя очень непродолжительное время это распространилось на немалое количество развитых стран того времени.