Ненастоящий мужчина

Замятин отразил этот промискуитетный угар в романе «Мы». Кстати, патриархальная семья дискриминировала женщину гораздо слабее, нежели социалисты, которые объявили её «экземпляром народного достояния». Этот маразм ещё сыграет свою клеветническую роль во время Великой отечественной войны, когда фашисты использовали этот горе–документ в целях пропаганды. Они с помощью этой бумажки доказывали, что все советские женщины — проститутки.

Мужчины в первые же годы советской власти были изгнаны из семей. Верховный суд «рекомендовал» судам нижних инстанций при разводе оставлять детей с матерями, навсегда отнимая их у отцов. Что в те времена означало слово «рекомендовало», всем и так понятно. Как видим, мечта Энгельса о счастливом мире матриархата реализовывалась с невероятным упорством. Кстати, эта «рекомендация» действует до сих пор, и суды в 97% случаев отбирают детей у отцов. Папам остаётся только заваливать суды всех инстанций сотнями тысяч исков, дабы иметь хоть какую–то возможность видеть своих детей. Об этом мы поговорим в главе «Дискриминация мужчин».

Женщины получили всю полноту прав и стали в правовом отношении полностью равными мужчинам. Их с удовольствием брали в лётчики, учёные, на ответственные государственные посты. Всюду были образованы женсоветы, на которых прорабатывали несознательных мужчин, цепляющихся за устаревшие империалистические догмы крепкой семьи и супружеской верности.

Но радость женщин была недолгой. Государство отняло детей и у них, обязав всех женщин работать наравне с мужчиной. Если в патриархальной семье женщина находилась в самом безопасном и психологически комфортном месте — дома, в кругу семьи, детей, то теперь её обязали бросить семью и встать к станку. Детей же, начиная с младенческого возраста, согнали в ясли и сады. Матери видели их разве что пару часов в день после изнурительной работы. А тогда она была реально изнурительной — это вам не в офисе трещать и по аське чатиться.

Не следует думать, будто это был результат какого–то безумного угара нескольких не вполне здоровых личностей. Такая политика была чётко спланирована и имела определённые цели. Во–первых, большевики понимали, что они — чужеродный элемент в России. Они со своими фантазиями не вписываются в менталитет русского человека (а в менталитет, скажем, таджика или азербайджанца — подавно). Поэтому руководить чётко структурированным, сплочённым обществом, организованным на основе крепкой семьи, у них не получится. Особенно сильно большевиков беспокоили мотивированные на защиту своей семьи, родины и чести мужчины, а также преемственность поколений. Поэтому, чтобы обеспечить себе власть, большевики решили раздробить, атомизировать общество. Под флагом массовости и коллективности на самом деле происходило превращение русского и других народов в мелкое крошево.

Первым делом было разрушение семейной иерархии, отъём у мужа полномочий главы семьи. У мужчины взяли все рычаги воздействия на домочадцев. Это примерно так же, как убрать директора завода и всех начальников, а рабочим сказать: «Делайте, что хотите». Или уволить командира полка, а солдатам объявить о том, что теперь они равны маршалу и не обязаны никому подчиняться. Попробуйте управлять коллективом без средств воздействия. Тем, кто руководил персоналом, известно, что в условиях вседозволенности не может существовать и функционировать ни один коллектив, а без экономических (депремирование) и репутационных (выговор, увольнение по статье) средств воздействия невозможно справиться с разгильдяями и лодырями. Некоторые лодыри и разгильдяи не боятся даже депремирования и увольнения, а уж словами их точно не убедишь — это всё равно, что призывать вора прекратить воровать. То же самое касается и домочадцев, которые в условиях безвластия будут делать, что левая пятка (инстинкт) прикажет. Таким образом, семья из структуры, где все элементы взаимодополняющие и действуют на благо друг друга, превратилась в дезорганизованную группу людей.

Вторым делом было растормаживание инстинктов. «Грабь богачей», промискуитет, нечистоплотная ранговая борьба с помощью доносов, геноцида (например, подавление тамбовского восстания), расстрелов конкурентов — всё это и многое другое поощрялось.

Третьим делом была борьба с верой и религией, которые оставались одной из главных цементирующих сил народа. Объявление религии вне закона, разрушение церквей, казнь священников, гонения на верующих — всё это хорошо известно.

Изгнание мужчин из семьи, отъём детей у отцов преследовали две цели. Во–первых, это сильно подрывало моральный дух мужчины, лишало его мотивации к борьбе. Во–вторых, разрушало преемственность поколений. Властям не нужны были люди — им были нужны винтики. Поэтому воспитание Иванов, не помнящих родства, входило в число главных целей большевиков.