Ненастоящий мужчина

А что же мужчины? Благодаря тотальному запугиванию и преследованию, атмосфере мужененавистничества, постоянной опасности сесть в тюрьму и многочисленным реальным «посадкам» по ложным доносам и сфабрикованным делам, мужчина потерял почву под ногами. Он оказался лишён семьи, детей вместе с имуществом у него отнял разводный суд. Общество твердит о мужской неполноценности и требует избавиться от всего мужского. Мужчина превратился в загнанного зверя, исполненного досады и страха, обложенного флажками клеветы. Из него выщелочили практически все мужские качества. Ни физическая сила, ни какие–либо другие черты не помогают ему справиться с феминистической государственной машиной.

Итог феминизма плачевен. Мужчины либо лишены прав, либо не могут ими воспользоваться, так как встречаются с насмешками и враждой. Лишённые опоры и смысла жизни мужчины либо изнежены статусным потреблением, либо задавлены и запуганы дискриминацией. Они не способны и не видят смысла защищать государство, которое их грабит и дискриминирует. Матриархальное воспитание (которое мы обсудим в главе «Этапы взросления и развития мужчины») с детства лишает мужчину всего мужского. Ослабленный мужчина безопасен для современных правительств и транснациональных компаний. Он не взбунтуется, не воспротивится даже самому бредовому и дискриминационному закону. Он слаб, глуп и ленив. Он готов много работать, чтобы спустить все деньги на ненужные, но разрекламированные вещи. Забитый бесправием и матриархальным воспитанием мужчина определяется женщинами как слабый, HP и поэтому неподходящий для спаривания. Распространен брачно–разводной аферизм, позволяющий женщинам после развода отнимать у мужчин детей и практически всё нынешнее имущество и будущие доходы (об этом мы подробно поговорим в главе «Дискриминация мужчин»). Рождаемость в постхристианских странах Европы и Северной Америки снижается. Постхристианские народы стремительно вымирают. Семья деградировала до первобытного промискуитета. Из–за вымирания коренного населения для пополнения рабочих рук необходима внешняя миграция из стран третьего мира.

Постхристианская цивилизация движется курсом Древнего Рима. К собственной гибели.

Однако мир — миром, но меня больше волнует Россия. К величайшему сожалению, она также пошла по пути феминизации. Правда, с национальным колоритом.

Мы помним, что в Советском Союзе атака на семью принесла лишь частичные плоды из–за высокой нравственности и сильной морали народа, а кроме того — за счёт его религиозности. Однако мир не стоит на месте. К тому времени, когда развалили Союз, религия была почти искоренена и существовала разве что в виде обрядового хобби — внешнем соблюдении обрядов без вникания в суть веры. Впрочем, таковой во многом она остаётся и сейчас, несмотря на пышные и пафосные религиозные мероприятия. Сексуальная революция ещё в 70–80‑е годы просочилась с запада, а в 90‑е привела к взрыву инстинктивного поведения. Женщины, следуя инстинкту «максимальный комфорт здесь и сейчас», спаривались за материальные и моральные блага с политиками, коммерсантами. Биологи это называют поощрительным спариванием, «сексом за еду». В качестве биологических отцов выбирали высокоранговых высокопримативных мужчин — авторитетных бандитов, «крутых». Мужчины либо принялись покупать этот секс, становясь спонсорами поощрительного спаривания, либо были выброшены из процесса размножения, как это происходит с низкоранговыми особями в дикой природе. Кто–то стал брать секс силой, превратившись в сексуального маньяка. Преступные и другие авторитеты, вожаки диких иерархий, получали секс бесплатно и в больших количествах. Всему этому способствовал «большой коммерческий взрыв», описанный Александром Туревским в книге «Как манипулировать мужчинами» (Бирюков, Туревский, 2008). Женщины стали искать диких альфа–самцов, мужчины — сексуально привлекательных и доступных самок. Остальные человеческие качества стали не важны. Крепкая семья, особенно многодетная, превратилась в объект для насмешек. Семья деградировала до промискуитета первобытного человеческого стада. Она и теперь остаётся на прежнем уровне, разве что немного подретушированная.

Многие женщины вообще плюнули на семью и выбрали мужскую социальную роль. Они либо предпочли быть бездетными, либо рожали «для себя», дабы иметь статус матери и объект для реализации материнского инстинкта, что–то вроде котёнка. Конфликтные, неуживчивые дамы с явным презрением (и подсознательным страхом) относятся к мужчинам. Эти женщины описаны в главах книги «Анатомия любви и фальшивок», не буду повторяться. Скажу только, что именно они стали аналогом западных феминисток и взяли чёткий курс на борьбу с мужчинами.