Несломленный. Находим силы, падая в бездну. Практики исцеления для тех, кто пережил психологическую травму

– Я вижу, как много в этой истории вас, Лили. В основном, когда вы рассказываете о детстве, все ваше Я словно ускользает, просачивается сквозь пальцы.

– Знаю, – отвечает она. – Это то самое. Я пыталась подорвать его власть, взять реванш, как вы все время говорите.

<p>Подрыв власти</p>

В знаменитом боксерском поединке 1974 года под названием «Грохот в джунглях» Мухаммед Али дрался с Джорджем Форманом, и Али проигрывал. Форман был непобедимым чемпионом мира в тяжелом весе и славился невероятной силой удара. Все думали, что Али не просто проиграет, – люди опасались, что он погибнет на ринге.

Однако у Али было секретное оружие – стратегия, которую он назвал обманным маневром. Позволив Форману прижать себя к канатам, он получал от него один удар за другим. Форман осыпал его руки и корпус мощными ударами, а Али закрывал лицо и вжимался спиной в канаты. Али выжидал. Форман был неумолим, но быстро начал уставать. Мощные удары отнимали много энергии, а Али свою энергию экономил, нанося быстрые прямые удары в ответ, причем только тогда, когда удавалось дать Форману прямо по лицу.

Когда Форман заметно подустал, Али стал над ним подтрунивать.

– И это все, что ты мне приготовил, Джордж? А мне говорили, ты умеешь драться, – шепнул он ему на ухо.

Форман уже выбивался из сил, так и не добившись никакого толку, а теперь еще и пристыженный, он совершенно выдохся.

Теперь пора. Али собрал в кулак всю силу, какую ему удалось сберечь, и в восьмом раунде нанес несколько сокрушительных хуков правой, комбинацию из пяти ударов и финальный сокрушительный хук левой. Ко всеобщему удивлению, Форман проиграл по очкам. Али не только не погиб, но и выиграл бой.

Готовясь к схватке, он не пытался стать сильнее или быстрее. Он придумал, как можно изменить ход игры, подорвать власть Формана и обратить его силу против него самого.

Подорвать власть – значит поставить ее под сомнение и таким образом освободиться от нее. Представьте, например, как оратор ставит под сомнение несостоятельные аргументы оппонента, и они рассыпаются. В этом есть некоторая свобода, сила и озорство. Чтобы подорвать чью бы то ни было власть, нужно найти в себе смелость противостоять противнику более могущественному, чем вы сами, найти его слабые места и обратить их в свою пользу. Подорвать власть – значит изменить ход игры, взять реванш и отыграться.

Когда нам приходится подрывать чью-то власть? Когда нас захватили, сковали, посадили в клетку. Когда мы оказываемся бессильны, беспомощны, когда у нас нет выхода. Когда нам нужно снова взять все в свои руки.

История Лили – прекрасный пример. Ее отец был очаровательным и жизнерадостным семьянином на людях и сущим кошмаром для родных. Снаружи ее жизнь напоминала идеальную картинку. В стенах дома же все полыхало, и каждый живущий там медленно сгорал заживо. Лили удалось уцелеть – она и вправду единственная в семье, у кого это получилось. Все ее братья и сестры искали спасения в алкоголе и наркотиках. Некоторые уже ушли из жизни.

Однако выживание – сложная концепция. В чем-то Лили уцелела, а в остальном – нет. Ее жизнь вроде бы шла своим чередом, у нее была семья и работа, и некоторые

ее отношения были здоровыми. Но страх, который поселился у нее в душе, когда она была маленькой и страдала от эмоционально неустойчивого отца, наводящего ужас на домашних, никуда не делся. Этот страх принимал решения за нее. Он сформировал ее систему убеждений. Через эту линзу она смотрела на мир. Такой страх незаметно разъедает изнутри. Он не дает почувствовать себя в безопасности, поверить во что-то хорошее, по-настоящему расслабиться. Он разрушает ваши отношения, а люди недоумевают, почему вы им не доверяете и не позволяете с ними сближаться.

Когда сверхбдительность становится для вас нормой жизни, вокруг себя вы видите лишь потенциальную угрозу. Пытаться строить отношения с человеком, которым движет подобный страх, – все равно что пытаться поговорить с кем-то по душам под прицелом снайпера. Можете сколько угодно изливать душу, но 99 % вашего внимания все равно сосредоточено на красном огоньке. И это нормально.

Как-то раз Лили спросила меня, не кажется ли она мне холодной.

– Неужели я произвожу такое впечатление? Холодная, равнодушная, неспособная к близости?

– Нет, – ответила я.

На самом деле все немного сложнее. Кто бы ей так ни сказал, этот человек был и прав, и неправ. Лили не холодная. Она очень теплый человек. Она часто смеется и сразу словно вся превращается в смех. Она запрокидывает голову и смеется всем телом. Это заразительно. Она очаровательна, восхитительна, любопытна. Но все же – Лили держит людей на расстоянии. Она всегда так намеренно собранна, что некоторым кажется, будто она неуязвима. В ней есть что-то такое, до чего трудно дотянуться, вероятно, потому что она смотрит на мир через прицел снайперской винтовки и постоянно высматривает угрозу.