Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Если и было в этом высказывании что-то покровительственное, то оно так или иначе все равно соответствовало пониманию самим Хьюзом своей роли в конфликте. Он видел себя солдатом, а не политиком. Он считал себя социалистом, но не был силен в идеологии. Он мыслил себя также и католиком, но Адамс каждый вечер молился и читал Библию, в то время как Хьюзу приходилось заставлять себя идти на мессу. Иной раз Хьюз замечал, что его уважение по отношению к Адамсу было таким сильным, что, если бы Адамс сказал ему, что завтра будет воскресенье, хотя он сам был уверен, что завтра понедельник, он бы остановился и подумал дважды. Маленький брат Брендана, Терри, говорил, что настоящей семьей Брендана была ИРА, а его братом – Джерри Адамс.

Доктор, которого привел Адамс, оказался местным хирургом-кардиологом. Но он торопился и не взял с собой инструментов. Поэтому кто-то принес иглу, нить и пинцет. Хирург ввел пинцет в рану на руке Хьюза, вслепую захватывая концы разрезанного сосуда. Наконец, зажав их пинцетом, он расположил вену таким образом, чтобы можно было ее аккуратно зашить. Эта болезненная процедура проводилась в неподходящих условиях, без анестезии, но Хьюз не стонал, потому что военные все еще искали его, патрулируя улицы. Пока доктор работал, «Сарацин» подъехал прямо к дому и остановился. Грохотал его мощный двигатель, а люди, замерев, думали, не вломятся ли сейчас в дверь вооруженные солдаты.

* * *

Адамс лично пришел на помощь Хьюзу, хотя это было крайне рискованно. В соответствии с данными Специального отдела Корпуса королевских констеблей, Адамс являлся командиром подразделения Бэллимерфи Временной армии, а позже стал командующим Белфастской бригадой, то есть самым высокопоставленным представителем ИРА в городе. Он был значимым человеком, поймать которого власти хотели даже больше, чем Хьюза.

Но Адамс ощущал теснейшую связь с Хьюзом. Кроме истинной заинтересованности в своем деле, которую они разделяли, для Адамса имело значение и то, что Хьюз, находясь «в бегах», оставался на улицах Белфаста, а не уехал за город или за границу Республики. Он мог бы бежать в Дандолк, который был расположен сразу через границу и считался чем-то вроде Джордж-Сити[19] для республиканцев – они там скрывались: сидели в пабах, пили и играли в карты. Вместо этого Хьюз остался в городе, рядом с преданными ему солдатами подразделения D, и он никогда не прекращал операций. «Местные знали, что он здесь, – замечал Адамс, – и это было необходимым для них стимулом».

В тот день Адамс спас Хьюзу жизнь, и Хьюз этого никогда не забывал. Адамс мог бы послать кого-то, но пришел сам. Когда Хьюза зашили и доктор ушел, Адамс приказал своему другу покинуть Белфаст и ненадолго залечь на дно. Он был слишком лакомой целью для врагов – они наверняка попытаются убить его снова. Хьюз не хотел уезжать, но Адамс настаивал. Поэтому Хьюз отправился в Дандолк и снял комнату с завтраками. Но он был не из тех, кому нужен отдых; ему не терпелось вернуться в Белфаст. В конце концов та неделя, которую Хьюз неспешно там провел, показалась ему вечностью.

* * *

В пустом строении, напротив которого стоял Хьюз, когда из зеленого фургона выпрыгнули стрелки, происходило какое-то движение. Группа британских солдат провела ночь за его фасадом, частично заложенным кирпичами. Войска не только перепрофилировали местную недвижимость для своих тактических целей. Заброшенные дома, находящиеся в центре территории, подконтрольной подразделению D, использовались также и как тайные наблюдательные посты.

В секретных внутренних отчетах Британской армии сохранились короткие донесения об этих неумело проводившихся миссиях. Армейские записи, сейчас уже открытые и дешифрованные, утверждают, что солдаты в гражданской одежде участвовали в описанных ситуациях в целях составления официальной отчетности, а не для организации убийств, однако при этом «использовали любой шанс». Находясь на таких тайных наблюдательных пунктах, солдаты вели слежку за Бренданом Хьюзом и его соратниками прямо на их же собственной территории. В тот раз им не удалось его убить или поймать. Зато теперь они знали, как он выглядит.

Глава 7Фрэнк Китсон мечтает о подвигах: специалист по подавлению мятежей

Фрэнк Китсон, как и Долорс Прайс и Джерри Адамс, следовал семейной традиции. Его отец был адмиралом Военно-морского флота. Брат тоже служил в ВМС, а дед – в Индийской армии. Китсон вступил в стрелковую бригаду Британской армии и впоследствии женился на дочери полковника. Но в тот момент, когда ему исполнилось 18 и он стал солдатом, ему казалось, что он начал военную карьеру слишком поздно: шел 1945 год, и Китсона отправили в Германию, где бои уже закончились, и ему оставалось лишь наблюдать последствия войны. Казалось, что новых военных действий не предвидится, а потому Китсон вел жизнь джентльмена-офицера: ездил в оперу, на бега, на рыбалку и пытался заглушить в себе ощущение того, что он упустил свой шанс.