Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Потом британский обвинитель утверждал, что целью миссии ИРА было убийство людей и что неслучайно предупредительные звонки были сделаны уже после того, как банду арестовали в аэропорту. Он предположил, что предупреждения являлись не чем иным, как эгоистичной, сделанной в последнюю минуту попыткой смягчить тяжесть наказания, когда ИРА получила информацию об аресте группы. Однако, как бы ни были подрывники бессердечны и некомпетентны, вряд ли они, отправившись в Лондон, ставили перед собой цель совершить массовое кровопролитие. «Если бы мы хотели убить людей в Лондоне, то убить гражданских в Лондоне нам не составило бы труда», – говорил потом Брендан Хьюз. Как и Кровавая пятница, лондонская миссия задумывалась как символическая, в идеале бескровная атака. Но мощные заряды не оставляли места для фантазии, все пошло не по плану и привело к разрушительным результатам. Хьюз не особенно фокусировался на человеческих жертвах. Он больше сожалел о том, что не «схоронил» подрывников в Англии, то есть не позволил им спрятаться в Лондоне или где-то рядом, чтобы они могли вернуться домой, когда спадет истерия. Вместо этого ИРА попыталась вывезти их как можно быстрее, и эта ошибка привела к серьезным последствиям.

Из Хитроу членов террористической группы перевезли в ближайший полицейский участок. С них сорвали одежду, чтобы затем ее исследовать на предмет наличия на ней взрывчатых веществ. Долорс Прайс сфотографировали обнаженной. Когда ирландцам предложили надеть тюремную робу, некоторые члены группы согласились. Но сестры Прайс и еще несколько человек отказались. Сработал республиканский принцип: они считали себя не преступниками, а пленными солдатами законной армии – политическими заключенными. Придерживаясь этого убеждения, они не могли надеть то, что носят обычные преступники. Долорс и Мариан завернулись в грубые тюремные одеяла. Хью Фини отказался даже от одеяла и стоял в камере обнаженным без всякого стеснения. Всех узников разделили, но однажды пути Долорс и Мариан случайно пересеклись в допросной. Долорс прошептала сестре: «Не говори ни слова».

Глава 12«Великолепная десятка» не сдается. Объявление голодовки

Томас Валлидей был заключенным в «Лонг Кеш», где он также работал уборщиком. Ему приходилось ездить на мусоровозе, собирая отбросы и грязь в разных уголках тюремного лагеря, и загружать их в грузовик. Жизнь в любой тюрьме сводится к рутинному ежедневному распорядку, и работа Валлидея не была исключением: ездишь кругами по территории, собираешь мусор, бросаешь его в грузовик. Иногда в дополнение к обычному мусору Валлидей находил старый матрас, который выбросили, потому что он был испачканным или поврежденным. Заключенные оставляли такие вещи вместе с мусором за «клетками», обнесенными колючей проволокой, окружающей сборно-разборные бараки «Ниссен», где они жили. Одним воскресным утром в декабре 1973 года грузовик остановился у клетки, где как раз оставили такой свернутый матрас. Когда Валлидей взял и поднял его, тот оказался тяжелее, чем обычно. Но он обхватил его руками и забросил в кузов грузовика. Если у Валлидея не возникло ни малейшего подозрения, что матрас весит как небольшой человек, то это потому, что он знал: внутри, словно сосиска в булочке, лежал Брендан Хьюз.

Хьюз предупреждал полицию после ареста, что собирается бежать из тюрьмы, и он не шутил. Уже через полтора суток, прошедших со времени его появления в «Лонг Кеш» прошлым летом, он начал вместе с товарищами разрабатывать план побега. Джерри Адамс понимал всю важность операций на данном этапе борьбы и ту определяющую роль, которую Хьюз играл в проведении каждой такой операции; а это значило, что Хьюз должен был бежать первым, даже раньше самого Адамса. Однако только двоим удалось за все время вырваться из «Лонг Кеш», ведь тюрьма была окружена колючей проволокой и военными, и напрямую прорваться сквозь заслон никто так и не смог. Первым стал друг детства Долорс Прайс – Фрэнси МакГигэн, бывший «Человек в капюшоне», которого пытали на секретной военной базе. В феврале 1972 года МакГигэн надел комплект позаимствованного черного одеяния и, смешавшись с приехавшей делегацией священников, вышел прямо через переднюю дверь. Полтора года спустя другой человек, Джон Фрэнсис Грин, сумел осуществить побег, снова используя ту же схему. (Брат Грина, который на самом деле был священником, пришел навестить его, и они поменялись одеждами.)