Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Однако Тэтчер была непреклонна. В письме к О’Фии она ответила, что понимает его «тревогу» относительно семьи Прайс, но не имеет намерения освобождать Долорс. «За состоянием мисс Прайс будут по-прежнему внимательно следить», – заверила она. В середине апреля Прайс спешно вывезли из «Арма» и поместили в охраняемую палату Масгрейв Парк госпиталя в Белфасте. К тому времени она, по ее признанию, весила 66 фунтов[69].

Северная Ирландия за стенами госпиталя снова начала мятеж. В Белфасте и Дерри бушевали уличные бои. Каждый день люди в госпитале говорили, что скоро здесь появится Бобби Сэндз и, возможно, Прайс оживится, если сюда, в охраняемое крыло, привезут молодого заключенного, с которым у нее так много общего. Даже пребывая в тяжелом состоянии, девушка ждала этого события. Она надеялась, что именно Сэндз примет ее прощальный салют.

* * *

Но он не появился. 5 мая 1981 года Бобби Сэндз умер. На 66-й день голодовки. И так же, как это было с Теренсом МакСвини, ушедшим из жизни на 60 лет раньше, его история облетела мир. Джерри Адамс назвал смерть Сэндза «самым крупным международным потрясением за всю его жизнь». Сто тысяч человек вышли на улицы Белфаста, чтобы сопровождать гроб с его телом на кладбище. Республиканцев горячо поддерживали по обе стороны границы Ирландии. Тэтчер не проявляла угрызений совести и придерживалась твердой линии. «Мистер Сэндз был осужденным преступником, – заявила она после его смерти. – Он сам распорядился своей жизнью. А его организация не должна была допускать таких жертв».

Однако, пока мир обсуждал фатальный контекст трагедии Боба Сэндза, Тэтчер осторожно дала понять, что она способна на милосердие по отношению к Долорс Прайс. За две недели до смерти Сэндза Прайс освободили «по медицинским показаниям», простив ей 22 года, которые ей следовало отбыть в тюрьме. Официальное объяснение этого решения заключалось в том, что Прайс находилась перед лицом «высокой степени опасности наступления внезапного коллапса и смерти».

В течение многих последующих лет Прайс начинала плакать, вспоминая это: Бобби Сэндз погиб, а ее освободили. Сестры Прайс смутили британскую корону двумя случаями, и в обоих из них вред, который они причинили своим организмам, оказался достаточно сильным, чтобы они одержали победу. Наверное, Сэндзу повезло меньше в том отношении, что он умер, но он был более счастлив в том смысле, что сделался мучеником, чего вряд ли бы достиг, если бы выжил. И Хэмфри Аткинс, и Тэтчер неверно полагали, что между смертями десяти голодающих должна проходить по меньшей мере неделя. После того как умер Сэндз, за ним последовали девять остальных: на протяжении лета они умирали один за другим.

Связь, которую Долорс ощущала с Бобби Сэндзом, становилась глубже. «Нас кормили насильно, и потому мы не умерли, – писала она через год. – Когда Британский медицинский совет отказался от «принудительного кормления» заключенных, парламент быстро протащил билль… который запретил поддерживать жизнь узников, проталкивая трубку им в горло!» Вскоре после того, как сестры Прайс закончили голодовку, Всемирная медицинская ассоциация выпустила знаковую декларацию, объявившую принудительное кормление неэтичным. Как только было принято решение о прекращении насильственного кормления Долорс и Мариан, политика в Соединенном Королевстве изменилась: Рой Дженкинс объявил, что в британских тюрьмах голодающих заключенных больше не будут кормить принудительно. Добившись триумфа в 1974 году, Долорс Прайс невольно способствовала ситуации, которая через семь лет привела к смерти десяти ее товарищей. В последующие годы она задавалась вопросом, нет ли в этом доли ее вины.

Глава 17Стивен Ри и Долорс Прайс: много театра, куда меньше политики

Когда новость об освобождении Долорс Прайс дошла до публики, раздались громкие протесты. Ян Пейсли, фанатик-лоялист и политик, объявил помилование девушки «огромным скандалом», утверждая, что Прайс продолжает представлять весьма реальную угрозу для общества, потому что она «убийца до мозга костей». Некоторые обозреватели высказали предположение, что сестры Прайс «развели» Хэмфри Аткинса «как простофилю», что Долорс и Мариан – неисправимые террористки, которые намеренно использовали проблемы с едой, чтобы добиться освобождения. Анорексия, о которой в то время знали немного, считалась «болезнью сидящих на диете» и воспринималась в этом случае как следствие тщеславия, а не голодовки или принудительного кормления. Пейсли и другие намекали, что освобождение Долорс есть часть тайной сделки, связанной с Бобби Сэндзом и другими забастовщиками в «Лонг Кеш».