Причастность к французским делам вовлекла этого человека в конфликт между Бургиньонами и Арманьяками. Плюс он продолжал начатые его отцом попытки покорения фризов, а в 1417 году неожиданно скончался от укуса собаки.
12 апреля 1385 года Виллем VI женился на Маргарите Бургундской, дочери Бургундского герцога Филиппа II Смелого, и у них родилась дочь Якоба (во французских источниках – Жаклин). В 1418 году она вышла замуж за герцога Жана IV Брабантского, и после этого внутренние распри жестоко раздирали Голландию.
Брак этот оказался крайне неудачным, ибо Жан относился к жене «с пренебрежением и оскорблениями». В 1420 году она бросила мужа и бежала в Англию. 7 марта 1422 года папа римский признал брак незаконным, и Якоба получила долгожданный развод. В том же году она вышла замуж за герцога Хэмфри Глостерского, младшего брата короля Англии Генриха V. В результате между Жаном и Хэмфри началась война за наследство жены.
Как это обычно бывает, частные распри правителей влекут за собой общее разделение их подданных. Соответственно, жители Низинных Земель разделились: одни встали на сторону мужа, а другие – жены.
Интересно отметить, что при графине Якобе в Голландии и Зеландии впервые появилась должность наместника. По-нидерландски эта должность называлась «статхаудер» (stadhouder), а по-немецки – «штатгальтер» (statthalter), что буквально можно перевести как «держатель места».
Первым статхаудером Голландии и Зеландии в 1428 году стал Франк ван Борселен, родившийся примерно в 1396 году. Он был подданным графини Якобы (Жаклин) Баварской. Когда та была признана наследницей своего отца, он не просто стал статхаудером, но и оказывал финансовую помощь графине, нуждавшейся в деньгах, а затем вступил с ней в любовную связь. 1 июля 1432 года любовники заключили тайный брак в Гааге. Узнав об этом, герцог Бургундский Филипп Добрый приказал арестовать Борселена и заключить его в замок Рупелмонде. В обмен на его освобождение графиня Якоба 12 апреля 1433 года передала Филиппу Доброму права на Голландию и Зеландию. Став частным лицом, она 1 марта 1434 года вступила с Борселеном в официальный брак.
Графиня Якоба умерла в 1437 году от чахотки, а детей в этом браке у нее не было.
Меньше чем за десятилетие в Голландии и Зеландии сменилось несколько статхаудеров: Франк ван Борселен занимал эту должность до 1433 года, а потом его сменил Юг де Ланнуа, а в 1440 году – Гийом де Лален.
Что же касается герцога Жана IV Брабантского, то он умер бездетным 17 апреля 1427 года. Филипп де Сен-Поль, его брат, стал преемником, но умер 4 августа 1430 года, не оставив после себя потомства. Соответственно, Брабант перешел по наследству к его двоюродному брату Филиппу Доброму и тоже вошел в состав Бургундии.
В конце XIV века в истории Нидерландов начался «бургундский период». В результате выгодных браков, наследования земель и завоеваний правители Бургундии смогли присоединить к своему герцогству Голландию, Зеландию, Фландрию, Брабант, Лимбург, Намюр, Люксембург, Гелдерн, Геннегау и др.
Двор герцогов Бургундских располагался в Брюсселе, главном городе Брабанта. Брабантом герцоги управляли лично, а остальными областями – через статхаудеров, то есть наместников. В административном делопроизводстве Бургундских Нидерландов все чаще использовался нидерландский язык. Бургундские герцоги учредили первые общенидерландские органы – Центральную счетную палату и парламент (суд высшей инстанции). Этот период был очень важен для становления нидерландской нации, став началом ее формирования.
В 1433 году герцог Бургундии владел большей частью территории современных Нидерландов и Бельгии. До объединения с Бургундией жители этих земель определяли себя в соответствии с городом или графством, в котором они проживали, или же они считали себя подданными Священной Римской империи. Бургундская эпоха положила начало формированию нидерландской нации.
Когда герцог Филипп Добрый получил во владение и Голландское графство, это было весьма странное событие. По сути, тамошняя знать сама пригласила герцога занять Голландию, хотя у него не было никаких исторических прав на эту территорию. По мнению некоторых историков, это было связано со стремлением голландского правящего класса интегрировать государство с Фламандской экономической и правовой системой.