Нидерланды. Полная история страны

А герцог Альба тем временем вступил в Брюссель. Не уступая коварством Филиппу, он действовал двоедушно, не заявлял своих действительных планов, явился к Маргарите Австрийской как ее подчиненный, скрывая свои полномочия. Но мало-помалу все получалось так, что реальная власть принадлежала именно ему.

В итоге у Маргариты исчезли последние иллюзии, что, несмотря на высказываемое ей «величайшее уважение», именно герцог Альба является подлинным хозяином, а она больше ничего не значит.

В октябре Маргарита Австрийская оставила свой пост и вернулась к своему мужу в Италию, где и умерла в 1586 году.

Американский историк Джон Лотроп Мотли писал по этому поводу, что «по всей стране владычествовало чувство холодного безнадежного ужаса», что «имевшие возможность бежать бежали» и что «на улицах была такая тишина, как будто свирепствует чума». По сути, все понимали, что герцог Альба прислан отнять у нидерландцев прежние права и ввести у них абсолютизм, похожий на тот, что был установлен в Испании.

При вступлении Альбы в Нидерланды народ беспрекословно повиновался правительству. Гёзы* бежали или заискивали милости регентши; в городах стояли надежные гарнизоны; в Антверпене было под наблюдением самой регентши восстановлено во всем своем блеске владычество католической церкви, изглажены следы опустошения храмов; реформаты трепетали под террором нового эдикта; им едва дозволялось совершать богослужение даже у себя дома, в семейном кругу; королевская власть была всесильна.

ГЕОРГ ВЕБЕР,немецкий историк

Ее тщеславие могло бы, может быть, удовлетвориться простой видимостью власти, но она не могла решиться быть соучастницей того, что она предвидела. Перед лицом этого непоколебимого человека, который хладнокровно советовал ей возложить на него всю

ответственность и который брал на себя всю ту ненависть, которую он собирался пробудить, она думала лишь о том, чтобы поскорее покинуть Брюссель. Уже 29 августа она просила короля разрешить ей уехать.

АНРИ ПИРЕНН,бельгийский историк

В Нидерландах водворилось глубокое уныние; казалось, будто небо задернулось траурным покровом и нависло так низко, что давит всех. Народ предчувствовал, что наступает время мщения.

ГЕОРГ ВЕБЕР,немецкий историк

В июне 1567 года для подавления революционных идей герцогом Альбой и генеральным прокурором Якобом Гессельсом был учрежден «Совет по делам беспорядков», который в народе тут же назвали «Кровавым советом».

В сентябре 1567 года герцог Альба вызвал якобы на совещание графов Ламораля ван Эгмонта и Филиппа де Монморанси ван Хорна, а с ними еще и большую группу других нидерландских дворян.

Принц Виллем Оранский решил уехать к своим родным в Германию. Перед отъездом он имел встречу с графом Эгмонтом и некоторыми другими вельможами. Он предостерег Эгмонта, сказав ему, что Филипп решил истребить вождей народа, «снять с тела голову, чтобы оно не двигалось», но граф не хотел верить, что Филипп обманывает нидерландцев. В результате он отверг советы Виллема Оранского, заявив: «Я полагаюсь на справедливость государя, он не может находить виновными перед ним людей, восстановивших порядок в стране».

Виллем Оранский приехал в Бреду и 30 апреля покинул Нидерланды, написав графам Эгмонту и Хорну письмо, в котором уверял их в неизменности своей дружбы и объяснял причины своего отъезда. Написал он и королю Филиппу, заверив его, что не хочет изменять обязанностям вассала. Он взял с собой все семейство, кроме старшего сына, 13-летнего мальчика, учившегося в Лёвене. Отец оставил его продолжать занятия там.

А вскоре этот сын Виллема Оранского был по приказанию Филиппа привезен в Испанию, отдан католическим воспитателям и стал усердным слугой испанского правительства, то есть человеком, чужим отцу и своей родине.