Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым

Несмотря на то, что Сталин поступал со мной недобросовестно после Великой Отечественной войны, лично я искренне жалел и ценил его за ту гигантскую работу, которую он провёл после Ленина и в годы Отечественной войны.

Похороны Сталина. 1953 г.

Во время похорон Сталина Булганин мне рассказывал о той ночи, во время которой со Сталиным случилось несчастье (выделено Е.Ш.). Вечером у Сталина на даче собрались Хрущёв, Берия, Маленков и Булганин – три неразлучных друга, как об этом всегда хвастался Булганин. После разговора о делах все сели за стол ужинать. Сталин был в хорошем настроении и много шутил. Ужин, как это часто бывало у Сталина, затянулся до 2-х часов ночи.

В 2 часа ночи первыми от Сталина уехали они – Булганин и Маленков. Около 3-х часов ночи якобы уехали Берия и Хрущёв.

После отъезда Берия и Хрущёва, минут через 15–20, в столовую к Сталину зашёл генерал Власик (Власика не было уже в охране Сталина, в конце 1952 года он был арестован – прим. Е.Ш.), чтобы помочь Сталину лечь в постель, и он увидел Сталина в обморочном состоянии лежащим на полу.

Власик немедля позвал Берия и вызвал врачей. Власик и охрана якобы осторожно перенесли Сталина на кровать. Прибывшие врачи, в присутствии Берия, Маленкова и Хрущёва, пытались оказать помощь Сталину, но всё было тщетно, Сталин был без сознания и у него был установлен паралич. Несколько позже прибыл Булганин и другие члены Президиума. Было решено установить около Сталина постоянное дежурство членов Президиума и профессуры поликлиники Кремля. Через непродолжительное время Сталин, не приходя в сознание, умер.

После похорон Сталина советский народ искренне скорбел о его смерти, возлагая все свои надежды на партию, которая все минувшие годы уверенно вела советский народ по пути к коммунизму».

«Из докладной записки министра государственной безопасности СССР С.Д. Игнатьева Г.М. Маленкову, Л.П. Берии, Н.А. Булганину, Н.С. Хрущёву от 5 марта 1953 г. о реакции военнослужащих и вольнонаёмных Советской армии и Военно-морского флота на болезнь И.В. Сталина.

05.03.1953

[…] Офицер Морского Генерального штаба, капитан первого ранга: «Да, очень тяжело поверить, что нас постигло такое горе, надежда на партию, которая железной рукой должна будет пресекать малейшую попытку внести разлад в своих рядах и народе. Особенно надо быть беспощадным к врагам».

Вольнонаёмная работница военной базы Московского военного округа: «Как жаль, что он так тяжело заболел! Не приложили ли руку к его здоровью евреи?»

Вольнонаёмная работница штаба ВВС Московского военного округа: «В тяжёлой болезни т. Сталина виновны те же врачи-убийцы. Это, видимо, они и т. Сталину давали отравляющие лекарства замедленного действия» […]

Похороны Сталина. 1953 г.

Заведующий столовой в мотострелковой дивизии, старшина: «Заболел тяжело, можно через дня три ожидать… Тогда некому будет и пожаловаться. Сейчас, чуть что получится, говорят: «Товарищу Сталину пожалуемся», а тогда некому будет. Возьмём такой пример. Почему нет евреев в колхозах, а все они на высоких занимаемых постах? Был бы Ленин, то их бы не было, он всех их сослал бы в Палестину. Был бы Ленин, то и войны не было бы. А всё же евреев не было бы, если бы был жив Ленин, а то они нас душат».

Машинистка штаба мотострелковой дивизии: «Как-то боязно. После его смерти кто будет на его месте? Кто знает, что люди думают? Встанет кто-нибудь на его пост, а потом окажется врагом народа. А что, если будет война? Сейчас самый удобный момент к этому, тем более что зима кончается, а война всегда начинается летом» […]

Старший контролер отдельного КПП Главного управления пограничных войск МГБ СССР, капитан: «Мне кажется, что после правительственного сообщения о болезни т. Сталина в стране всё остановилось» […]

Солдат мотострелковой дивизии: «Интересно, кто же будет избран на место т. Сталина, если он умрёт?» […]

Полковник в отставке, еврей, член КПСС: «Судя по тону сообщения – это конец. Сейчас в ЦК КПСС начнутся раздоры и взаимная борьба за власть, секретарь ЦК КПСС… (в тексте документа пропуск. – Сост.) будет сейчас стремится расставить на высокие руководящие посты близких ему людей, чтобы обеспечить себе единовластное руководство. Мы будем наблюдать такую же обстановку, которая происходила в период борьбы с оппозицией. Вообще наше положение и авторитет значительно ухудшатся и по вопросам внешней политики. Возьмите страны народной демократии, они сейчас, естественно, будут стремиться к большей самостоятельности и к освобождению от нашей повседневной опеки. Особенно это положение относится к Китаю, который и до сих пор чувствовал себя наиболее самостоятельно, а сейчас трудно сказать, как могут повернуться наши отношения, тем более что США принимают все меры, чтобы вбить клин в наши отношения с Китаем.