Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым

Президиуму ЦК известно, что я тяжело болен. В результате болезни и перенесенной тяжёлой операции (удаление желчного пузыря), а также в связи с перенапряжением нервной системы у меня наступило крайнее истощение нервной системы и здоровья. Я в настоящее время стал полностью нетрудоспособным. Работать я не могу. Мне это тяжело признать, но это так. Я не вижу другого выхода, как обратиться к Президиуму ЦК с просьбой дать мне возможность восстановить силы и трудоспособность.

Я обращаюсь к Президиуму ЦК с просьбой оформить меня временно на пенсию с освобождением от работы.

Очень прошу удовлетворить моё настоящее ходатайство.

Н. Булганин».

РГАНИ. Ф. 3. Оп. 14. Д. 223. Л. 6.

Хрущёв «отставку на пенсию» не принял. Просителю определил отпуск, а после отправил Булганина в «ссылку» в Ставрополь. Не в заточенье, конечно, и не подметалой, а на должность председателя местного Совнархоза.

Из протокола заседания Президиума ЦК. 15.07.1958 г.

Краевую ставропольскую власть в то время возглавлял «хрущёвец», подхалим, имитатор, бывший подчинённый Булганина по Совмину Иван Кононович Лебедев.

Там же, в Ставрополе, оперялся ещё один, в будущем не выдающийся, но знаменитый государственный деятель Михаил Горбачёв. Он в то время правил комсомольской организацией. С Н.А. Булганиным, разумеется, пересекался. Оставил краткие воспоминания о нём и о И.К. Лебедеве, гонителе Булганина.

И. К. Лебедев

Здание Совнархоза, г. Ставрополь

«Беда в том, что, будучи заимствованным, да ещё при общей низкой культуре, стиль «лидера» приобретал часто вульгарные формы. Непосредственность и народность выливались порой в откровенное хамство, не говоря уже о сквернословии и пьянстве. Видимо, желание походить на Хрущёва где-то в глубине души сидело и у Лебедева, но результат чаще всего получался карикатурный. Он мотался по краю, сталкиваясь с непорядками, устраивал разносы, матерился. В крайком от него потоком шли телефонограммы, а там уже весь аппарат сидел наготове: молниеносно писались решения, объявлялись выговоры, сочинялись телеграммы с требованием поднять организованность и усилить партийный контроль.

Перед высшим начальством, наезжавшим из Москвы, Иван Кононович откровенно заискивал. Но стоило кому-то «сорваться» с вершин власти, как готов был чуть ли не пинать его ногами. Так случилось с Николаем Александровичем Булганиным. После разгрома «антипартийной группы» в 1958 году он был освобождён с постов председателя Совмина, члена Президиума ЦК КПСС и «сослан» к нам председателем краевого совнархоза. Встретили его ставропольчане тепло. По утрам, когда Булганин приезжал на работу, у здания совнархоза собиралась толпа – иногда до нескольких сот человек. Но это лишь взъяривало Лебедева».

О приезде Булганина в Ставрополь помнят и по сей день некоторые старожилы.

«Поселился Николай Александрович в довольно скромной квартире на тихой Авиационной улице, вызвав своим появлением в городе прямо-таки неслыханный ажиотаж. Ещё бы! Как-никак, а второе лицо в государстве, да к тому же увенчанное тайными лаврами «народного заступника»! Горожане толпами собирались у здания совнархоза перед девятью утра – началом рабочего времени, и терпеливо ждали, когда приедет или придёт Булганин.

Мне самому однажды довелось наблюдать, как стометровое расстояние от машины до входной двери в здание он проделал минимум за полчаса – люди обступали его плотной стеной, жали руку, стремились ободрить:

– Ничего, Николай Александрович, вы не горюйте. Хрущ ещё за всё ответит!

– Вы, Николай Александрович, если что, так на нас рассчитывайте. Мы всегда за вами пойдём, если надо.

А иногда энтузиазм достигал своего апогея, кто-то, движимый чувством патриотизма, выкрикивал:

– Маршалу Булганину слава! Родине – ура! – и весь главный проспект в едином порыве подхватывал этот сомнительный клич».

Аплодисменты, цветы, крики «Ура!» – и это не какой-нибудь эстрадный певец приехал – тут другая слава, другой авторитет, истинно народное признание. И это всё наперекор власти…

Местные партократы, конечно, негодовали по поводу таких «демонстраций» трудящихся и даже убрали автобусную остановку, которая была рядом с совнархозом, чтобы не было никаких скоплений людей.

«… – Подыгрываешь отсталым настроениям? – кричал он (Лебедев И.К. – прим. Е.Ш.) с трибуны партактива Булганину. – Ты что, приехал сюда демократию разводить?

Лебедев буквально третировал его, собирал о нём сплетни и слухи, вытаскивал на бюро за малейший промах, пытался снять с поста председателя совнархоза и направить директором небольшого заводика. Только вмешательство самого Хрущёва спасло Булганина от этого «перемещения» – перевёлся на пенсию, уехал из Ставрополя».

На самом деле заботы Хрущёва о Булганине тут было не очень-то много, здесь сыграл вопиющий факт: краевая партийная власть по сути беспричинно объявила Булганину строгий выговор и незаконно сняла с должности. ЦК должен был утвердить такое неправедное решение.