В декабре 1919 года Николай Булганин с приездом на Туркестанский фронт становится начальником сектора оперативной части по транспорту Особого отдела, – должность громкая, и вряд ли назовёшь её гражданской. Потом последует повышение по службе.
Гражданская война была фактически разделена на две фазы. В 1920 году самая активная часть войны была закончена. Остатки армии Врангеля ушли из Крыма в эмиграцию, и на юге России наступило относительное затишье. В том же году мир с Польшей освободил Советскую Россию и от Западного фронта.
До 1922 года военные действия велись на Дальнем Востоке и в Забайкалье против самых упорных белых и казачьих отрядов, поддерживаемых японцами. На Украине – с остатками армий Петлюры и Махно. А в Центральной России и на юге страны – с периодически возникавшими как реакция на политику военного коммунизма и грабительскую продразверстку в сёлах крестьянскими мятежами.
Вторая фаза добивания последних очагов белого сопротивления на окраинах и внутреннего фронта антисоветских восстаний происходила в 1921–1922 годах. Эти действия развернулись в Сибири, Поволжье, Тамбове, Кронштадте, а также в Средней Азии, где и был сформирован Туркестанский фронт.
ЧК в эти годы второго этапа Гражданской войны продолжала красный террор, но уже в меньшем объёме. 18 марта 1920 года вышло постановление ВЦИК, которое лишало ЧК права на внесудебные репрессии и расстрелы. Казалось бы, официально была закончена кампания красного террора. Но по факту чекисты имели почти неограниченную власть…
Ф.Э. Дзержинский «отвоевал» особое место для своей «конторы» в структурах советской власти. ЧК так и не вошла под контроль Наркомюста (наркомата юстиции) и не слилась в единое ведомство с Наркоматом внутренних дел. Подобные предложения железный Феликс оспаривал с яростью. Итог был таков: ВЧК по-прежнему оставалась независимой силовой структурой, которая подчинялась только ВЦИК. И хотя право у ЧК казнить или миловать без суда отобрали, на деле жёсткие репрессии всё же продолжились. Причём ВЦИК сохранил своим мартовским Постановлением от 1920 года право ЧК на бессудные казни во фронтовой полосе. А такие фронтовые полосы в России сохранялись вплоть до 1922 года, и у чекистов были развязаны руки: при необходимости возили обречённых из городов к ближайшим фронтовым зонам для расстрела.
К тому же если следственные действия проводили над заключёнными чекисты, то революционные трибуналы после чекистского следствия уже по суду, соблюдая формальности, выносили смертные приговоры, и те же чекисты приводили их в исполнение.
Очень красочными и важными мне кажутся воспоминания наставника Н.А. Булганина Лазаря Моисеевича Кагановича о вояже в Туркестан, где поднимали советскую власть и душили басмачество как класс. Причём выехал он туда с группой в 100 человек, подобранных Центральным Комитетом партии для работы в Туркестанской Республике. Среди этих 100 человек, без сомнения, был и Николай Булганин, который уже входил в число испытанных людей Кагановича. Мандат у Кагановича был за подписью самого Ленина!
«Я был назначен народным комиссаром Рабоче-Крестьянской Инспекции Туркестанской Республики.
…Туркестанский фронт сыграл большую историческую роль в достигнутых победах Гражданской войны. Под командованием талантливого полководца Михаила Васильевича Фрунзе героические войска Туркестанского фронта при активной руководящей помощи туркестанских партийных Советских организаций освободили от белогвардейских, казачьих контрреволюционных орд, интервентов и служивших им контрреволюционных феодалов-националистов колоссальную территорию – от Оренбурга, Орска, Уральска, Актюбинска, Семиречья до Закаспия.
…Все решения, принятые ЦК РКП(б) в июне и июле 1920 года, все меры, принимавшиеся в Туркестане как Туркбюро, так и ЦК КПТ, Совнаркомом и ТурЦИКом для их выполнения, в том числе и экономические, были именно направлены на это.
Но, разумеется, в число этих мер прежде всего входили военные меры. Вот почему в беседе перед выездом в Туркестан тов. Ленин говорил мне: «Вам, товарищ Каганович, придётся заниматься не только партийной и Советской работой, но и военной, так как басмачество всё ещё бесчинствует».
Хотя к сентябрю-октябрю были одержаны серьёзные победы над ферганскими басмачами, в том числе над Мадамин-беком, басмачи всё ещё творили своё подлое дело: нападали на кишлаки, городские поселения, на предприятия, железные дороги, взрывая и уничтожая всё на своём пути и убивая жителей, особенно рабочих, в том числе узбеков, казахов, таджиков и киргизов. Их вдохновляла и поддерживала помощь, идущая из Бухары, то есть от англичан.
…В борьбе с внутренним басмачеством в Фергане в конце 1920 года и в начале 1921 года ему были нанесены серьёзные удары, однако, надо сказать, что борьба с внутренним басмачеством затянулась, то затихая, то обостряясь.