Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым

Из письма, найденного у лейтенанта Гафна: «Куда проще было в Париже. Помнишь ли ты эти медовые дни? Русские оказались чертовками, приходится связывать. Сперва эта возня мне нравилась, но теперь, когда я весь исцарапан и искусан, я поступаю проще – пистолет у виска, это охлаждает пыл… Между нами здесь произошла неслыханная в других местах история: русская девчонка взорвала себя и обер-лейтенанта Гросс. Мы теперь раздеваем донага, обыск, а потом… После чего они бесследно исчезают в лагере».

Рядовой Генрих Тивель: «29.10.1941. Я, Генрих Тивель, поставил себе целью истребить за эту войну 250 русских, евреев, украинцев, всех без разбора. Если каждый солдат убьёт столько же, мы истребим Россию в один месяц, всё достанется нам, немцам. Я, следуя призыву фюрера, призываю к этой цели всех немцев…»

Из дневника Геббельса (9–15 июля 1941 года): «…Фюрер чрезвычайно доволен тем, что маскировка приготовлений к восточному походу вполне удалась, и весь манёвр проведён с невероятной хитростью.

…Предварительные итоги говорят о том, что война на Востоке в основном уже выиграна: две трети большевистских сил уже уничтожены или же сильно потрёпаны… пять шестых воздушных и танковых сил уже могут считаться уничтоженными.

…Повторение судьбы Наполеона невозможно, хотя – ирония судьбы! – мы выступили против большевизма в ту же ночь, когда Наполеон перешёл русскую границу.

…Фюрер намерен стереть с лица земли такие города, как Москва, Киев и Петербург. Да это и необходимо! Ибо если мы хотим расчленить Россию на отдельные составные части, то это огромное государство не должно обладать ни духовным, ни политическим, ни хозяйственным центром.

…Москву стереть с лица земли, а на её месте устроить гигантское водохранилище, чтобы истребить всю память об этом городе и о том, чем он был».

И фашистский лейтенант Эвальд Лассен, который в письме пишет: «Мы должны радоваться, что фюрер оставил Сталина в дураках и ударил раньше, чем русские подготовились к отражению…», и кровавый идеолог фашизма Геббельс, который ликует: «Фюрер чрезвычайно доволен тем, что маскировка приготовлений к восточному походу вполне удалась, и весь манёвр проведён с невероятной хитростью», – твердят о том, что Гитлер переиграл Сталина в начале войны.

Роковой день истории

В России написаны десятки, сотни томов о периоде начала войны Германии против СССР. В этих изданиях по-разному трактуется роль И.В. Сталина. Но очень во многих прямо или косвенно говорится о драматических упущениях вождя. Почему так вышло: почему во всех западных областях и городах страны гражданские люди, живущие даже в приграничной зоне, вечером 21 июня 1941 года сидели в кино, танцевали на открытых площадках, гуляли, мечтали о будущем, военные вели свою обычную службу с увещеванием от начальства «не поддаваться на провокации», а сам руководитель страны просто-напросто спал, когда сотни, тысячи самолётов лютых врагов прорезали небо нашей страны, тысячи танковых гусениц и миллионы подошв фашистской нечисти наехали и ступили на нашу землю? Видимо, этому предшествовало множество обстоятельств, одним из которых историки называют переписку Гитлера и Сталина, и в частности речь идёт о предвоенном письме Гитлера от 14 мая 1941 года.

Оно опубликовано в нескольких изданиях. Здесь я привожу фрагменты статьи историка, профессора, директора Центра международных исследований Института США и Канады РАН А.И. Уткина (1944–2010 гг.): «…О том, что накануне войны Сталин и Гитлер обменялись письмами, первым узнал писатель Константин Симонов – в ходе личных бесед с маршалом Георгием Жуковым в 1965 году. Достоверность источника, как говорится, не вызывала ни малейших сомнений, однако добраться до «переписки вождей» оказалось далеко не просто: засекреченная в своё время, она была ещё строже засекречена впоследствии…

«Я пишу это письмо в момент, когда я окончательно пришёл к выводу, что невозможно достичь долговременного мира в Европе – не только для нас, но и для будущих поколений без окончательного крушения Англии и разрушения её как государства. Как вы хорошо знаете, я уже давно принял решение осуществить ряд военных мер с целью достичь этой цели. Чем ближе час решающей битвы, тем значительнее число стоящих передо мной проблем. Для массы германского народа ни одна война не является популярной, а особенно война против Англии, потому что германский народ считает англичан братским народом, а войну между нами – трагическим событием. Не скрою от Вас, что я думал подобным же образом и несколько раз предлагал Англии условия мира. Однако оскорбительные ответы на мои предложения и расширяющаяся экспансия англичан в области военных операций – с явным желанием втянуть весь мир в войну, убедили меня в том, что нет пути выхода из этой ситуации, кроме вторжения на Британские острова.