Нокаут – его причины и условия.

Дело в том, что большую часть своей эволюции млекопитающие, (или «звери») повели на четвереньках. Это выработало определенный, единый практически для всех из них принцип построения тела. Не случайно же крокодил, «пресмыкающийся» по земле с помощью сокращений боковых мышц, и плавает с помощью волнообразных движений хвоста и своего тела из стороны в сторону. Ихтиозавры, морские ящеры, тела которых были построены на той же «гадской» основе, также имели вертикально расположенные лопасти хвоста. А вот дельфины и киты, млекопитающие, машут своими хвостами вверх-вниз – благодаря именно «звериному» принципу расположения мышц.

Основа для такого движения – противопоставление в «звериной» конструкции спины и живота. Спина играет большую роль в отталкивании задними ногами и протягивании передних лап (рук) вперед. Брюшной пресс же, наоборот, служит для сведения передних и задних конечностей вместе. То есть, если у гадов лапы соединялись только «через бок», то есть по одной, у зверей, кроме такого соединения, присутствует еще и единое, вертикальное, приводящее «зад» в целом к «переду». Таким образом, звери по сравнению с гадами получили большее количество возможностей для контроля и координации, дающее, к примеру, возможность перемещаться на трех ногах, если одна повреждена, а также большее удобство при прыжках и переворотах. Такая конструкция оказалась настолько удачной, что пара «пресс-спина» стала основной - и среди зверей полно таких, которые не могут совершать боковых изгибов (бык, кабан, слон) или даже просто оглянуться – как, к примеру. волк, который очевидно является далеко не самым медленным и неуклюжим животным.

Встав на две ноги, человек как бы «выключил» пресс из работы по обеспечению перемещений, миллионы лет бывших его основным занятием. Основную его двигательную модель можно описать так: подошел к кусту(работа ног), остановился, поднял руки и собираю ягоды (работа рук) и сую их в рот. Руки сами по себе, ноги сами по себе. Ноги где-то там внизу ходят, руки чего-то там наверху делают. Такое разделение за довольно долгое время нашего прямохождения стало очень привычным. Точно так же, следуя инстинкту, многие действуют и сегодня, в том числе и на тренировках: подошел к мешку, остановился, поднял руки и наношу удары. Научиться двигать руками на ходу, бить на ходу, стрелять на ходу или на бегу для многих людей является очень трудными задачами.

Так вот, к чему было это долгое отступление: роль брюшного пресса в нашем организме по-прежнему очень велика. Он имеет множество обратных связей с мозгом, тесно связанных с ориентацией в пространстве. Известно же, что если человек качает пресс, то он становится более устойчивым к эффектам закруживания или морской болезни, его движения становятся более четкими и собранными. Если мы наклоняем тело вперед, то тем самым мы тут же приводим пресс в положение, близкое к тому, в котором он был «главным» в течение миллионов лет. И он тут же включается в работу! Он снова начинает координировать взаимодействие ног и рук – особенно четко это проявляется тогда, когда человек работает по «контэновской модели» (название, понятное дело, условно). То есть, для него что действие руки, что действие ноги – одно и то же: перемещения. Пресс объединяет руки с ногами, обеспечивает передачу импульса с ноги на руку и наоборот, позволяет мгновенно вложить в любое действие силу мышц всего тела. В его работе ему содействуют спина и зад, в буквальном смысле подпирая и прикрывая его сзади, позволяя быстро сгибаться и разгибаться, а также перенаправлять и координировать действия ног при совершении поворотов.

Это не открытие: заставьте драться самого кондового крестьянина, дайте ему в руку нож – и он тут же примет «стойку», в которой ходили наши обезьяноподобные предки – с наклонной спиной и выставленными вперед руками, на согнутых ногах-пружинах. Посмотрите на руководства по рукопашному бою времен войны – почти везде вы увидите эту же стойку. Посмотрите, в какой стойке стоят практически все борцы. Посмотрите, как дерутся на ножах. Посмотрите на стойку боксеров – не тогда, когда они пританцовывают друг напротив друга, выбирая удобный момент и изредка постреливая длинными джэбами, а тогда, когда идет наиболее интенсивный обмен ударами – то есть, в самый ответственный момент боя. В конце концов, заставьте драться каратистов – нет, не наскакивать друг на друга с одиночными ударами (тут конечно, может быть оказаться держать свое лицо подальше: ткнул и отскочил – очко!), а именно драться, то есть, вести более-менее продолжительную схватку – и вы сразу увидите изменение позиции, соответствующие тому, что я здесь предрекал.