Новая история стран Европы и Северной Америки (1815-1918)

Однако идеолого-политические основы будущей монархии различные фракции монархистов представляли по-разному. Легитимисты выдвигали на трон графа Анри Шарля Шамбора, внука последнего короля из династии Бурбонов Карла X. Они отвергали все завоевания революции 1789–1799 гг., прежде всего республику, демократию, светскость, исповедовали традиционалистский консерватизм и вытекающий из него реакционный клерикализм. Орлеанисты добивались воцарения графа Парижского, внука короля Луи Филиппа Орлеанского, свергнутого февральской революцией 1848 г. Орлеанисты стремились к восстановлению конституционной монархии британского образца, отстаивали принципы классического либерализма, политического и экономического господства не аристократии, а новой, буржуазной, знати. Бонапартисты, не потерявшие надежд на возвращение Наполеона III (а после смерти бывшего императора в 1873 г. – его сына принца Наполеона Эжена Луи), выступали против парламентаризма и либерализации общества, требовали установления режима авторитарной диктатуры.

Предполагалось, что граф Шамбор станет королем Франции под именем Генриха V, а граф Парижский будет ему наследовать. Однако реставрация монархии не состоялась. Между монархическими партиями обнаружились непреодолимые разногласия. Граф Шамбор усматривал истоки королевской власти в божественном предначертании, а потому отказывался принять власть из рук парламента и был согласен признать только дарованную им самим конституцию с полным сохранением королевского суверенитета и ограничениями лишь в области законодательства и налогообложения. Но в Национальном собрании сторонников неограниченной монархии было немного. Наоборот, орлеанисты поддерживали концепцию светской парламентской монархии, основанной на «общественном договоре» короля с гражданами. Безвыходность ситуации побудила монархистов отложить реставрацию до того времени, когда противоречия между ними отпадут естественным образом. Несговорчивость графа Шамбора позволила республиканцам консолидировать своих сторонников, сохранить, а затем и укрепить республиканские институты.

Монархисты не отказались от своих намерений. 20 ноября 1873 г. Национальное собрание приняло «Закон о персональном септеннате», который на семь лет вверял исполнительную власть маршалу Мак-Магону с титулом президента республики и учредил комиссию для пересмотра конституционных законов. Свою деятельность Мак-Магон направил на активную борьбу с республиканцами. Прошла кампания массового изгнания чиновников-республиканцев и замещения их монархистами. Оказавшись не в состоянии возродить монархию, ее сторонники взяли курс на создание республиканского по форме режима (глава государства не наследственный король, а избираемый на определенный срок президент; ответственность министров перед парламентом), но при сохранении всех институтов парламентарной монархии (таких как неподотчетность главы государства и его право роспуска нижней палаты, законодательная инициатива, отлагательное вето; двухпалатная система законодательной власти). Подобная система открывала возможность в будущем в зависимости от расклада противоборствующих сил либо установить режим конституционной монархии, либо сохранить республику.

Конституция 1875 г. Укрепление Третьей республики

Неудача реставрации побудила Национальное собрание выполнить обещание – выработать новую конституцию. Она была принята в 1875 г. в виде трех отдельных конституционных законов:

• об организации Сената;

• об организации государственных властей;

• об отношениях государственных властей, а также двух так называемых органических законов:

• об избрании сенаторов;

• об избрании депутатов.

Конституция наделила законодательной властью Национальное собрание, состоявшее из Палаты депутатов и Сената. Сенат представлял интересы не аристократической элиты, как Палата лордов в Англии, а соответствующих территорий. Палата депутатов и Сенат работали раздельно, собираясь вместе только для изменения конституции и избрания президента. Работа депутатов и сенаторов оплачивалась, однако их лишили возможности занимать государственные должности. Исключение делалось только для министров, послов, руководителей судебных органов, высших священнослужителей. Устанавливалась независимость депутатов и сенаторов от избирателей. Обе палаты обладали одинаковым правом законодательной инициативы и утверждения законов. Различия в полномочиях палат состояли лишь в том, что Палата депутатов имела приоритет в очередности рассмотрения бюджетных вопросов. В случае разногласий между ними применялась специальная процедура согласования. Палата депутатов была уполномочена отдавать под суд президента и министров, но судить их мог только Сенат, который указом президента мог быть преобразован в верховный суд для суда над лицами, виновными в покушении на безопасность государства.