– Уэйн, не меньше, чем состояние дел с прибылью, меня беспокоит то, что Оуктон в целом не работает достаточно стабильно. Посмотри, как выросли запасы незавершенного производства, а ведь именно этот фактор должно было устранить бережливое производство. Посмотри, сколько сверхурочных мы оплачиваем. Посмотри, насколько мы опаздываем с отгрузками.
– Я разделяю твою озабоченность, – пробормотал Уэйн.
– Кроме того, у нас есть Роквилль. Там я вижу куда больше проблем, чем раньше.
– Подожди, но я не контролирую деятельность F&D, – возразил Уэйн.
– Вопрос не только в тебе! – воскликнула Эми. – В отличие от тебя и всех остальных,
Она потерла виски пальцами, пытаясь справиться со стрессом.
– Знаешь, что рассказывает мне Гарт Куинси? Он говорит, что продавцы начинают испытывать разочарование. Они вынуждены постоянно бегать туда-сюда. Знаешь, почему? Потому что мы теряем доверие клиентов. Это
– Прошу прощения! Чего ты хочешь от меня?
– Я хочу, чтобы ты исправил все, что идет не так! Я хочу видеть улучшения, влияющие на финансовые показатели! И, наконец, я хочу, чтобы это происходило сейчас, а не через пять лет! – крикнула она. – А ты говоришь мне о том, чтобы я набралась терпения, подождала еще несколько месяцев, и тогда мы сможем увидеть что-то стоящее. Я должна то же самое теперь повторить, общаясь с Найджелом Фурстом? Я висела на крючке в течение двенадцати месяцев, и ничего хорошего не произошло! Что я должна говорить ему теперь?
В этот момент, как по заказу, раздался телефонный звонок. Эми дождалась, пока Линда поднимет трубку, но через пару секунд она возникла в дверях офиса.
– Звонит Найджел, – сказала Линда.
– Переключи звонок на меня, – напряженно ответила Эми.
Уэйн неслышно выскользнул из кабинета.
Эми собралась с силами, затем подняла трубку и произнесла:
– Да, Найджел.
Единственным позитивным моментом в звонке Найджела Фурста было то, что он оказался сравнительно коротким. Первые несколько минут Эми молча выслушивала Найджела, который выступал с высокопарной обвинительной речью, посвященной его неудовольствию – точнее «
– Примерно год назад вы представили мне план, обещавший рост выручки на двенадцать процентов, – напомнил Найджел. – В конце второго квартала вы сказали мне, что у компании есть проблемы, связанные с кривой обучаемости, переходным периодом и чем-то там еще, и предположили, что сможете обеспечить рост в пределах от девяти до десяти процентов при условии успешной деятельности в четвертом квартале. Ну что ж! Четвертый квартал начался и закончился, и вы не смогли сделать
Он выдержал эффектную паузу и спросил:
– Ну и?.. У вас есть что на это сказать?
– Мистер Фурст, когда вы назначили меня на должность президента компании…
– Исполняющего обязанности президента компании, – бесцеремонно прервал он Эми.
– Да, когда вы назначили меня на должность
– Да ладно! Не думайте, что вам удастся так легко выкрутиться из этой ситуации, обвиняя других и выезжая на спине Уэйна Риза!
– Я хочу лишь сказать, что делала то, что мне приказали делать! – возразила Эми. – Вы сказали, что Уэйн имеет опыт управления операционной деятельностью, что он мне просто необходим, что я должна его слушаться, – так я и поступила. Вы сказали, что LSS получила поддержку со стороны руководства Winner и что эта система позволит нам решить все проблемы!
– Не верю, что я когда-либо говорил подобные вещи.
Эми усилием воли заставила себя успокоиться.
– Что ж, сэр, мне показалось, что это читалось между строк. В любом случае, я полагала, что LSS является ответом на все наши вопросы. Поверьте, мы действительно получили ответы на множество вопросов и честно пытались сделать все что могли. Как показала практика, мы смогли добиться улучшений в целом ряде процессов. Просто это не всегда заметно в финансовых результатах.
– Моя дорогая Эми, – произнес Найджел властным тоном, – позвольте дать вам совет: приберегите вашу веру для религиозных обрядов.
Эми с силой сжала зубы.
– Хотите узнать маленькую тайну? – продолжил Найджел. – Точнее, это уже и не тайна. Истина состоит в том, что меня совершенно не заботят ни бережливое производство, ни шесть сигм, ни любая другая модная теория. Все, о чем я беспокоюсь, – это рост. В частности, речь идет о росте наших доходов и росте свободного оборотного капитала. Все прочее – второстепенно. Я хочу видеть