Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает

На первой дюжине страниц 141-страничного документа Роджер описывает счастливые воспоминания о своей малайзийской матери, ранние годы жизни в Лондоне, приятное празднование дня рождения, поездки в шесть разных стран и переезд в Америку в пять лет, но затем первое помрачнение – развод родителей, когда ему было семь лет, «событие, изменившее жизнь», которое частично компенсируется «добрым и любящим характером моей матери». Роджер все больше и больше проявляет себя как человек, имеющий право и «превосходство», и устраивает истерики, чтобы добиться своего. В возрасте 10 лет он не проявляет ни интереса, ни враждебности к девочкам.

В пубертатном возрасте девочки становятся для Роджера объектами желания, в основном в виде созданий, таких как «горячие блондинки», обладание которыми повысило бы его самооценку. Поскольку он в большинстве случаев терпит неудачу, он начинает демонизировать как девочек, так и мальчиков, которым удается завоевать их расположение, в том числе в сексуальном плане, что было для него недосягаемо. В одном из отрывков он пишет: «Как неполноценный, уродливый черный мальчик может заполучить белую девушку, а я нет? Я красив, и я сам наполовину белый. Я происхожу от британской аристократии. Он – потомок рабов. Если эта уродливая черная грязь смогла заняться сексом с белокурой белой девочкой 13 лет, в то время как мне пришлось всю жизнь страдать от девственности, это доказывает, насколько смешон женский пол: они готовы отдаться этому мерзкому подонку, но отвергают МЕНЯ!» К концу средней школы и началу колледжа его отношение ожесточается: он начинает испытывать такую ненависть к тем, кто занимается сексом, что хочет сделать сексуальные отношения незаконными. Он уходил с лекции, если видел на ней счастливую на вид парочку. Навязчивое желание стать богатым и ездить в роскошном автомобиле заполняет его разум, словно после этого все эти ненавистные, но желанные существа, начнут к нему стекаться. Наконец, ближе к моменту своего возмездия, он стал воспринимать секс как нечто, что должно быть объявлено вне закона и искоренено: «Если я не могу этого получить, я это уничтожу». Когда его психический коллапс достиг предела, незадолго до стрельбы он добавляет: «Я бы использовал свою машину и оружие, чтобы убить как можно больше людей, пока меня не схватит полиция, а потом я убью себя». Он добавил, что «нет более злого и развращенного существа, чем человеческая женщина», и все они, за исключением нескольких, должны быть уничтожены, а остальные останутся в тюрьме и будут использоваться исключительно в целях размножения[966].

Хотя изначально он планировал начать свой День возмездия на Хеллоуин 2013 года, когда многие люди (кроме него самого) веселятся и танцуют на улицах, он решил перенести его на другую дату, так как опасался, что на улицах будет слишком много полиции. Вместо этого он приступил к своей миссии – убить как можно больше людей – 23 мая 2014 года. Можно было бы предположить, что его целью будут в основном женщины, однако мужчин он ненавидел почти так же сильно. Первыми он убил трех азиатских мужчин в своей квартире, которые были его соседями. Он их зарезал, и только через три часа достал свои полуавтоматические пистолеты. Он застрелил двух молодых женщин возле университетского женского клуба «Дельта-Дельта-Дельта», а затем студента в гастрономе. Все его жертвы были в возрасте от 19 до 22 лет. Затем он сел в свой автомобиль, после чего ранил семерых, подстрелив их из своего оружия, и еще семерых – врезавшись в них на машине. К этому времени полиция пустилась за ним в погоню. Стреляя по машине Роджера, один из них ранил его в бедро; вскоре после этого Роджер покончил с собой выстрелом в голову[967]. Многие представители общественности были возмущены тем, что стрелку и его семье было уделено больше внимания, чем жертвам. Семьи зарезанных жертв подали федеральный иск против полиции и других местных властей, утверждая, что не были распознаны ранние тревожные признаки и не были приняты превентивные меры, словно права психически больных превалируют над правами общества. Расправа, устроенная Эллиотом Роджером в Санта-Барбаре, стала финалом его беспокойной жизни, однако при этом также и послужила прелюдией к жизни другого школьного стрелка с синдромом Аспергера – Кристофера Харпера-Мерсера, который совершил свое побоище 496 дней спустя.