Новые парижские тайны

В те же 30-е годы Сименон совершает ряд продолжительных путешествий за пределы Европы. Его можно видеть в дебрях Экваториальной Африки, на островах Тихого Океана, в странах Азии и Латинской Америки. Большая часть его репортажей, публиковавшихся на страницах газет, все еще не собрана полностью, но и те, которые составили такие книги, как «Груз — люди», «Час негра», дают представление о том, что же именно интересовало писателя во время его странствий[4]

. Скорее всего, не экзотика в обычном смысле слова, а повседневная жизнь людей, «мелочи жизни», общая атмосфера. Позже Сименон напишет: «Считайте это проявлением моего простодушия, но без всех этих мелких черточек повседневности я не в силах представить себе тамошнюю жизнь. Сколько зарабатывают люди? Сколько там стоит килограмм картошки и кружка пива?» Это было сказано в репортаже об Америке, но с полным правом может быть отнесено и к другим его очеркам и репортажам. Стоимость картофеля или пива в давно прошедшие времена имеет для нас теперь весьма относительный смысл: мы и так хорошо знаем, что цены всегда имеют тенденцию повышаться. А вот то, что Сименон смог разглядеть сквозь «мелочи жизни», остается актуальным и сегодня.

Не будем бояться повторений: куда бы ни забрасывала Сименона его страсть к путешествиям, везде в центре его внимания люди. В Африке ему впервые пришлось вплотную столкнуться с одним из самых позорных явлений современной буржуазной цивилизации — колониализмом и сопутствующими ему расизмом, зверской эксплуатацией местного населения. Вероятно, все мы с детства помним замечательную новеллу Проспера Мериме «Таманго»: в начале прошлого века негра можно было купить за бутылку рома, белые цивилизаторы принесли на континент водку, дешевые побрякушки и цепи, в которых «туземцев» перевозили на хлопковые плантации или шахты Северной Америки. Прошло более ста лет. Сименон с гневом констатирует: рабство в его самых отвратительных формах продолжает существовать и в XX веке. «Негров ловят в джунглях и заставляют подписывать контракт… достаточно крестика, любой закорючки, и контракт сроком на три года считается подписанным». С неграми обращаются как с рабочим скотом, это и есть современная экзотика. «Меня приводило в бешенство, — пишет Сименон, — когда я слышал, как белые… с презрением отзывались о канаках, как тогда говорили, или о дикарях. Я открыл, что нет канаков, нет негров, нет дикарей. Есть люди». Один за другим появляются антиколониальные романы Сименона, его обличительные очерки и статьи.

Экономический кризис затронул не только развитые капиталистические страны, отозвался он и в колониях, вызвал своеобразную миграцию многих тысяч людей, бежавших от его последствий куда глаза глядят, выбитых из нормальной колеи жизни, «неудачников».

К такого рода людям Сименон относится то иронически, то с сочувствием, то как исследователь, наблюдающий за редкими образчиками рода человеческого. Им он посвятил целую серию небольших произведений, жанр которых определить довольно трудно — очерки, новеллы, репортажи? — под общим названием «Несчастливая звезда». Несколько произведений из этого цикла представлено и в настоящем сборнике. О своих героях Сименон писал так: «Во французских колониях было много авантюристов, идеалистов или людей, испытавших потребность сменить образ жизни. Это была весьма пестрая публика — от бывших каторжников… до обанкротившихся коммерсантов или субъектов с площади Пигаль или из Марселя. Не говоря уже о чиновниках, которые в самой Франции не имели никаких шансов выдвинуться». Примечательна, например, судьба человека, жизнь которого протекает «между двумя вокзалами», расположенными за сотни километров друг от друга, или беглого каторжника, отправляющего правосудие в глухом провинциальном городке южной Америки, или честолюбивого молодого инженера, присланного на строительство железной дороги и сошедшего с ума в безнадежной борьбе с безжалостной природой и рабочими-неграми, насильно сгоняемыми на стройку. Многие из подобных «неудачников», возможно, напомнят читателям персонажей другого писателя — Грэма Грина, также рассказавшего о судьбах колониальных чиновников, авантюристов, шпионов, которых засылали в южные колонии на всех островах и континентах земного шара, об этой страшной, иногда опасной, иногда вызывающей жалость человеческой фауне, рожденной веками колониального разбоя.

С чувством гордости вспоминал Сименон о том, как много лет назад пророчил: «Завтра негр… полный достоинства, безукоризненный, будет заседать на международных конференциях. А этот лейтенант-туземец… станет, быть может, генералом. И не нашего государства, а своего!»

Час негров настал. Пророчество Сименона сбывается.