Нужная вещь

— Вас понял. Дайте мне минут пять, чтобы отметить положения переключателей. А потом я сделаю знак, и вы меня подцепите. Вы готовы подцепить капсулу в любой момент?

Льюис сказал:

— Охотничий клуб-1, вас понял, мы готовы.

Дело в том, что астронавт должен был отметить жирным карандашом положения переключателей (включено/выключено).

Через пять с половиной минут Гриссом снова связался с Льюисом:

— Охотничий клуб, это Колокол свободы. Вы готовы к подъему?

Льюис ответил:

— Это Охотничий клуб-1, подтверждаю готовность.

Гриссом сказал:

— О'кей, подцепляйтесь, потом сообщите мне, и я взорву люк.

— Это Охотничий клуб-1, вас понял, мы дадим знать, когда будем готовы к взрыву.

И снова Гриссом:

— Вас понял, я раскупориваю костюм, потому что здесь жарко… Итак…

Льюис сказал:

— Один, вас понял.

— Теперь, если вы мне скажете, что готовы к взрыву, я сниму шлем, подам энергию и взорву люк.

— Один, вас понял. Когда вы взорвете люк, хомут уже будет ждать вас, а мы уберем шасси.

— Да, вас понял.

Для пилота вертолета Льюиса эта процедура выглядела как обычная спасательная операция, которых он и его второй пилот, лейтенант Джон Рейнхард, произвели немало. У Рейнхарда был шест с крюком на конце, похожий на пастушеский посох, — им он должен был зацепиться за петлю на горловине капсулы. Шест был прикреплен к канату. Таким образом вертолет мог выдерживать четыре тысячи фунтов, в то время как капсула весила примерно 2400 фунтов. Льюис завис в воздухе и приблизился к капсуле, когда вдруг увидел, что боковой люк капсулы отлетает в воду. Но Гриссом не должен был взрывать люк без сигнала! А Гриссом… Гриссом выкарабкивался через люк и плюхался в воду, даже не взглянув вверх. Гриссом плыл как сумасшедший. Вода проникала через люк, и проклятая капсула тонула! Льюис не беспокоился за Гриссома, так как не раз отрабатывал с астронавтами вылезание из воды и знал, что их компенсирующие костюмы гораздо лучше держат на воде, чем любой спасательный пояс. Казалось, что астронавтам даже нравилось плавать в костюмах. Поэтому Льюис опустил вертолет до уровня воды, чтобы попытаться вытащить капсулу. Но теперь над водой торчала лишь ее горловина. Рейнхард стал работать «пастушьим посохом», высунувшись из вертолета и отчаянно пытаясь зацепиться за капсулу крюком. Наконец ему это удалось — как раз тогда, когда капсула исчезла под водой и, как кирпич, пошла ко дну. Вертолет теперь был так низко, что все три его колеса находились в воде. Вертолет напоминал толстяка, пытающегося вырвать из земли пень. Наполненная водой капсула весила пять тысяч фунтов — на тысячу фунтов больше грузоподъемности вертолета. Уже загорелась красная лампочка — предупреждение о надвигающемся отказе двигателя, — и Льюис дал сигнал второму вертолету, который уже находился рядом, чтобы тот подобрал Гриссома. Наконец Льюис вытащил капсулу из воды, но не мог уже двинуть вертолет в сторону авианосца. Он просто завис в воздухе, словно колибри. Красные лампочки вспыхнули по всей панели. Льюис мог лишиться и вертолета, и капсулы. Поэтому от отпустил капсулу. Она пошла ко дну и исчезла навсегда. Глубина в этом месте достигала трех миль.

Наконец Льюис улетел. Гриссом по-прежнему находился в воде. Он размахивал руками, словно бы говоря: «Со мной все в порядке». Второй вертолет снижался, чтобы выбросить «хомут».

На самом деле Гас хотел сказать: «Я тону! Ублюдки, я же тону!»