Чуть ниже Голиншед вновь возвращается к Дуффу и добавляет еще одну деталь, ярко подтверждающую наше отождествление его «странной водяной болезни» с христианским крещением. Сообщается, что «болезнь» короля произошла от того, что несколько колдуний старались навести на него порчу. В частности, при помощи следующего обряда. «Одна из них ДЕРЖАЛА НАД ОГНЕМ на деревянной спице восковое изображение короля, сделанное, вероятно, с помощью бесовской силы – ДО ТОГО ОНО БЫЛО ПОХОЖЕ; другая творила заклинания и в то же время УСЕРДНО ПОЛИВАЛА ФИГУРКУ КАКОЙ-ТО ЖИДКОСТЬЮ. Воины схватили их и отвели в крепость, а восковое изображение взяли с собой. На допросе колдуньи сознались, что они хотели погубить короля: в то время, как воск таял на огне, тело короля ПОКРЫВАЛОСЬ ИСПАРИНОЙ, и он худел и, если бы изображение растаяло, то король немедленно умер бы; заклинания же произносились для того, чтобы лишить короля сна», с. 441–442.
Интересное описание. Теперь мы начинаем его понимать. Если вычленить суть дела, то получится следующее. Короля Дуффа (якобы в виде восковой фигурки, удивительно похожей на него) поливали жидкостью (скорее всего, водой), и при этом произносили какие-то заклинания. Вероятно, попросту, христианские молитвы, звучавшие во время крещения. И опять-таки мы убеждаемся, что Голиншед (или его редактор) относится к христианскому крещению по меньшей мере скептически, как к некоему «бесовскому обряду», совершаемому колдуньями, то есть «нехорошими людьми». Кстати, как мы уже неоднократно отмечали, ранее крестили не только водой, но и огнем. Так что становится понятным и упоминание хрониста, что фигурку короля держали над огнем.
ВНЕШНИЙ ОБЛИК ИОАННА КРЕСТИТЕЛЯ И ДУФФА. -Голиншед сообщает, что король Дуфф исхудал так, что от него остались лишь кожа да кости. Хотя цвет лица был здоровый, и питался Дуфф нормально.
Про Иоанна Крестителя известно, что он «имел одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, а пищею его были акриды и дикий мед» (Матфей 3:4). Сравнение этих двух описаний облика персонажа показывает, что они отнюдь не противоречат друг другу.
В целом же наложение Иоанна Крестителя на голиншедовского Дуффа достаточно яркое и интересное.
4. Плохой правитель Донвальд – это царь Ирод, а нехорошие колдуньи, стремящиеся убить короля Дуффа, это – царица Иродиада и ее дочь Саломея. Гибель Иоанна-Дуффа
Далее на страницах Голиншеда возникает плохой Донвальд. Точнее, сначала он относился к королю Дуффу хорошо, но потом стал его врагом. При Донвальде появились некие злобные колдуньи, которые решили извести хорошего Дуффа. Дело было так.
Голиншед говорит: «Между тем в народе разнеслась молва, что король заболел не от естественных причин, а от волхований и чар колдуний, живущих в городе Форесе, в Мерриленде… Слух этот дошел до ушей короля, и он послал в Мерриленд несколько мудрых царедворцев разузнать всю правду. Посланные… темной ночью прибыли в крепость Форес, где их встретил КОМЕНДАНТ ДОНВАЛЬД, ОСТАВАВШИЙСЯ ВЕРНЫМ КОРОЛЮ и защищавший крепость от мятежников. Ему они объяснили цель прибытия и ПОТРЕБОВАЛИ ЕГО СОДЕЙСТВИЯ при выполнении королевского поручения. Воины, составлявшие гарнизон крепости, знали, что слух, разнесшийся в народе, близок к истине: у одного из солдат БЫЛА ЛЮБОВНИЦА, которая ему говорила, что ЕЕ МАТЬ и другие колдуньи ХОТЯТ ПОГУБИТЬ КОРОЛЯ, и объяснила, что они для этого делают. Солдат рассказал своим товарищам, что слышал от девушки, а они донесли обо всем Донвальду, который сообщил об этом посланным короля… Допытавшись от нее (девушки –
Далее следует уже цитированное нами описание попыток колдуний убить Дуффа: сделали восковую фигурку, держали ее над огнем, поливали какой-то жидкостью (водой?). ВЕДЬМЫ СОЗНАЛИСЬ, ЧТО ОНИ ХОТЕЛИ ПОГУБИТЬ КОРОЛЯ ДУФФА. Причем чуть было не преуспели в этом: если бы восковая фигурка успела растаять, КОРОЛЬ НЕМЕДЛЕННО БЫ УМЕР.
Голиншед продолжает: «Все это колдуньи делали по наущению злого духа и потому, что были подкуплены меррилендским дворянством. Выслушав ужасное признание, воины и слуги короля сломали восковое изображение, а колдуний сожгли живыми, как они того заслуживали», с. 442.