О фантастике и приключениях

Раскрепощение ядерной энергии и близкое уже овладение управляемой термоядерной реакцией превращает научные фантазии А. Беляева, Адамова и других в технические идеи, осуществление которых — вопрос не слишком отдаленного времени. Инженер С. Григорьев считает делом ближайших тридцати — сорока лет создание искусственного солнца над Арктикой и возможность коренной переделки климата земного шара. Сибирское море запланировано в районе строительства Братской гидроэлектростанции, начаты работы по его осуществлению. Превращение песчаных пустынь в пригодные для земледелия и садоводства районы также вступило в стадию практического осуществления. Казавшаяся очень далекой от реализации идея искусственной живой протоплазмы и «направленного развития» небывалых живых существ, наделенных заранее заданными качествами (о чем «дерзко» мечтал в начале нашего века в романе «РУР» Карел Чапек), также переходит сейчас со страниц фантастического произведения в лабораторию ученого. Кандидат физико-математических наук Б. Рубашев предвидит реальное начало ее воплощения в течение ближайших сорока лет.

Фантастическая картина жюльверновской «Южной звезды», казавшаяся невероятной, меркнет перед реальной перспективой получения искусственного кристалла чистого алмаза весом в 60 тонн, о чем рассказал профессор Н. Помозов. Близится к осуществлению в нашем столетии, как явствует из слов академика Д. И. Щербакова, даже мечта 120-летней давности, высказанная писателем пушкинской эпохи В. Ф. Одоевским в романе «4338-й год» (1840): мечта об использовании для промышленных и бытовых нужд человека жара действующих вулканов; исполнение ее мыслилось автором лишь в сорок четвертом веке. Это значит, что почти вся тематика, которою жила, питалась научно-фантастическая литература далекого и недавнего прошлого и, по-видимому, по инерции будет продолжать питаться еще некоторое время литература наших дней, в сущности постепенно переходит из категории фантастических предвидений в область популяризации текущих достижений науки и техники.

Около десятка лет еще, может быть, можно будет фантазировать, исходя из туманных научных гипотез, о жизни на Луне, Марсе и других планетах солнечной системы. Но скорее всего и эта возможность исчезнет гораздо раньше. После запуска первых ракет-разведчиков (перспектива ближайших лет), которые спустятся на поверхность планет, соответствующая аппаратура расскажет об их действительном состоянии раньше, чем человек, предприняв хорошо оснащенную межпланетную экспедицию, увидит все своими глазами.

Воображению все труднее становится угнаться за головокружительным ростом научных открытий, теорий, гипотез, технических изобретений, новых перспектив. Писатель-фантаст, который до последнего времени, опираясь на науку, в то же время шел как бы впереди науки, с достоинством выполняя свою миссию стимулятора исследовательской мысли, сейчас явно отстает от бурных темпов развития науки. Ему приходится догонять ее, и не всегда это удается.

Неизбежность такого положения предвидел еще Жюль Верн. «Что бы я ни сочинял, что бы я ни выдумывал, — писал он, — все это будет уступать истине, ибо настанет время, когда достижения науки превзойдут силу воображения».

В связи с этим кое-кому начинает казаться, что фантастика постепенно теряет свой привычный «воздух», и писателям предстоит приспособляться к новым «атмосферным давлениям», как если бы они попали на Луну.

На дискуссии по проблемам научной фантастики в Ленинградском Доме детской книги один из выступавших выдвинул тезис, что сейчас научная фантастика вообще аннулирована жизнью.

— Легко было, — жаловался он, — фантазировать Жюлю Верну: в то время, когда он жил, техника находилась на низком уровне. Тысячи проблем, в решении которых нуждалось человечество, не были еще решены. По существу, огромный простор был для смелой мечты. А попробуйте-ка помечтать на нынешнем уровне техники!..

Вывод был такой:

— Я считаю, что, может быть, лучше заняться простой популяризацией достижений техники в общедоступной форме, с увлекательной фабулой. Будет полезнее.

Высказывания такого рода не единичны.

Это поспешное отступление мечты перед действительностью основано на явном недоразумении. А это последнее, в свою очередь, покоится на совершенном непонимании природы и задач научной фантастики.