Обманчивый блеск мишуры

— Гореть будут только свечи, — сказал Хилари. — Освещение получится волшебное. Сказка. Как вы думаете, детям понравится?

— Они придут в восторг. Пожалуй, пора спать.

— Мне было очень приятно наряжать ёлку вместе с вами, — сказал Хилари, подавая Трой руку, чтобы проводить. — Вся дикая чепуха осталась далеко позади. Огромное вам спасибо. А как вам нравится рождественская ветвь Найджела?

Они как раз проходили под ней. Трой подняла глаза, и рождественский венок мягко коснулся её лба.

— С Рождеством! — сказал Хилари.

На пороге гостиной Трой распрощалась с ним и поднялась в свою комнату.

Открыв дверцу шкафа, она с удивлением убедилась, что из комнаты Форестеров до сих пор доносятся голоса Беседа была невнятной, однако пока Трой вешала платье, полковник, по-видимому, подошёл к шкафу, потому что она услышала совершенно отчётливо:

— Нет, дорогая, это решено окончательно. Если ты отказываешься, то я сам.

Хлопнула дверца. Трой представила себе, как миссис Форестер с треском захлопывает за собой дверь ванной, однако ей тут же пришлось вообразить другую картину миссис Форестер, влетающая с грохотом обратно в спальню. Её голос прозвучал резко, но слов разобрать было нельзя. Шаги полковника удалились. Трой поспешно закрыла шкаф и нырнула в постель.

3

Утро Рождества заглянуло в окно вместе с бледными лучами солнца. Вид из спальни открывался самый праздничный — не хватало только рамки из веток с блёстками и украшениями. Свежий снег на диво смягчил ландшафт, скрыв под собой все затеи Хилари.

Одеваясь, Трой услышала, как Форестеры перекликаются за соседней дверью, и решила, что полковник пришёл в норму. Она постучала в совместную стенку и громко крикнула:

— Доброе утро! С Рождеством!

— Спасибо, мадам, — отозвался мужской голос. — Я передам полковнику и миссис Форестер.

Маульт!

Трой слышала, как его шаги удаляются, затем раздались невнятные голоса, Маульт вернулся и осторожно постучал в стенку.

— Полковник и миссис Форестер передают вам свои поздравления, мадам, и будут очень рады, если вы заглянете.

— Через пять минут, — прокричала в ответ Трой. — Спасибо.

Полковник и миссис Форестер встретили её в постели. Они сидели совершенно прямо под зелёным зонтиком, вид которого напоминал о миссионерах викторианской эпохи. Зимнее солнце весело играло на импровизированной крыше. Оба супруга были в алых халатах, одинаково запахнутых на шее таким образом, что их головы поднимались словно из чашек лотоса. Они напоминали изображения индийских божеств. Полковник и миссис Форестер хором пожелали Трой счастливого Рождества и пригласили её присесть.

— Думаю, что не совсем обычный приём вас не смутит. Вы ведь художница, — сказала миссис Форестер.

Дверь в ванную была открыта. За ней виднелась вторая дверь в комнату, где Маульт старательно чистил щёткой сюртук.

— Об этом зонтике я уже слышала, — ответила Трой.

— Мы не любим, когда солнце светит нам в глаза, — пояснила миссис Форестер. — Можно попросить вас закрыть дверь в ванную? Спасибо. У Маульта есть определённые суеверия, с которыми мы предпочитаем не спорить. Надень свой аппарат, Фред. Я говорю: надень свой аппарат!

Полковник Форестер, который до этого улыбался и кивал невпопад, потянулся за слуховым аппаратом и вставил его в ухо.

— Чудесное изобретение, — сказал он. — Вот только как мне быть сегодня вечером? Впрочем, парик чудовищно длинный. Друид со слуховым аппаратом! Ну не абсурд ли это, как по-вашему?

— Погоди, сначала надо выяснить, что было сделано вчера вечером, когда мы пошли спать, — заметила миссис Форестер. — Как развивались события?

— Мы умираем от любопытства, — поддержал супругу полковник.

Трой рассказала о мистере Смите и мыльном растворе. Миссис Форестер сердито потёрла нос.

— Это становится нудным, — заявила она. — И это совершенно опрокидывает мою гипотезу, Фред. Совершенно опрокидывает мою гипотезу!

— Это для тебя нелегко, Клу.

— Но, кстати, опрокидывает ли? Я не так уж в этом уверена. Быть может, это уловка. Я говорю…

— Я надел аппарат, Клу.

— А в чем заключается ваша гипотеза? — поинтересовалась Трой.

— Я считаю, что записки составил Смит.

— Но, право…, — Он очень неплохой человек, однако с довольно грубым чувством юмора, и он не любит Крессиду.

— Клу, дорогая, я уверен, что ты ошибаешься.

— Ничего подобного! Уверена, ты боишься, что я права! Он, как и я, считает её неподходящей партией для Хилари.

— Будь что будет, Клу.

— Ты хочешь сказать, будь что есть. Не пугай меня, Фред.

— Берт Смит ни в коем случае не написал бы мне такой гадости про тебя.

— Не согласна! Подобные шутки как раз в его вкусе.

— Да нет же! — страдальчески проговорил полковник.

— А Хилари это показалось забавным, — возмущённо сказала миссис Форестер. — Как вы считаете, миссис Аллен? Полагаю, Хилари сообщил вам, о чем идёт речь.

— В общих чертах — Ну и как? Забавно?

— Рискуя навлечь на себя недовольство, боюсь, что я вынуждена признать — начала Трой.