Очерки истории Ливонской войны. От Нарвы до Феллина. 1558–1561 гг.

За этим шагом последовал следующий. Решив наказать ливонцев за их «неисправленье» и отказ выплачивать пресловутую «юрьевскую дань», Иван IV в начале 1558 г. не только направил рать под началом бывшего казанского «царя» Шах-Али (Шигалея), князя М.В. Глинского и Д.Р. Юрьева опустошать земли Дерптского епископства, но и наказал окольничему князю Д.С. Шестунову (который полгода назад охранял строительство крепости в устье Наровы), со своими людьми из гарнизона Ивангорода и «охочими торонщики» осуществить набег на орденские земли к северу от Чудского озера. Исполняя царский наказ, в январе 1558 г. князь под занавес своего пребывания в Ивангороде «все те (нарвские. — В. П.) места повоевал и повыжег»[107]. В отместку нарвский фогт Э. фон Шнелленберг приказал обстрелять ивангородский посад. Бургомистр Нарвы и нарвские ратманы запросили тем временем, пока дорога была свободна от русских, в Ревеле помощи — несколько артиллерийских орудий, а ревельские ратманы отдали приказ тамошнему гауптману Вольфу Вигелю фон Штрассбургу с 60-ю аркебузирами-hakenschutten выступать на помощь нарвитянам, сопровождая затребованные пушки и порох[108]. Ивангородские же воеводы (кстати, обращает на себя внимание «усиленный» состав воевод в Ивангороде — три воеводы в самой крепости и еще один на посаде[109], тогда как, к примеру, в Пскове их было только двое) князь Г.А. Куракин, И.А. Бутурлин и П.П. Заболоцкий, памятуя о том, что между магистром и Москвой идет переписка относительно продолжения переговоров о заключении нового соглашения, запросили царского мнения относительно того, что им делать в создавшейся ситуации[110].

Иван IV и Боярская дума, не терявшие надежды подтолкнуть ливонцев к принятию московских предложений без излишних кровопролития и трат, решили отправить в очередной набег ратных людей с Изборска, Вышгорода и Красного. В Ивангород же они послали артиллерийского эксперта, участника казанских походов, дворцового дьяка Шестака Воронина (дьяк был при наряде в походе на Казань в 1549/1550 гг. и в 1552 г.)[111]. С собою дьяк привез царскую грамоту с разрешением отвечать неприятелю «изо всего наряду»[112].

Последствия не заставили себя долго ждать. 20 марта 1558 г. ревельский комтур Франц фон Зигенхофен отписывал из Везенберга в Ревель тамошним ратманам и бургомистру, что русские возвели на подступах к Нарве три шанца и подвергли город и замок обстрелу, и 17 марта нарвитяне запросили перемирия. Ивангородские воеводы согласились на две недели прервать обстрел[113]. В Нарве решили использовать предоставленную им передышку с тем, чтобы лучше подготовиться к обороне. Местный бургомистр и ратманы продолжили бомбардировать Ревель просьбами о присылке пороха и орудий (и к их просьбам присоединился Ф. фон Зигенхофен, который 26 марта писал в Ревель тамошним ратманам о необходимости купить два больших корабельных, schiffern grosse stuck, орудия и прислать их в Нарву немедленно). Ревельцы же собрались отправить в Нарву почти 2 сотни всадников и три десятка кнехтов (поскольку военные силы самого Нарвского фогства были невелики — согласно росписи 1556/57 г., в случае войны оно должно было выставить всего лишь 150 всадников)[114].

Тем временем ландтаг конфедерации в Вольмаре решал, что делать с требованиями русского государя о выплате дани, а престарелый магистр В. Фюрстенберг уговаривал (c подачи ревельских бургомистров и ратманов, полагавших, что воевать с московитами бесполезно, пока в Иван-город или, скорее всего, в гавань, выстроенную Выродковым, приходят купцы из Англии, Голландии, Брабанта, Шотландии, Германии, Дании и Швеции[115]) ливонских «лутчих людей» предпринять поход на Ивангород[116]. И пока «лутчие» ливонские люди спорили, ситуация вокруг Нарвы снова начала накаляться. Сейчас уже трудно разобраться, кто виноват в эскалации конфликта, — как обычно, обе стороны обвиняли друг друга в нарушении перемирия. Однако Иван Грозный, терпение которого иссякало, в ответ на очередную воеводскую отписку, что-де ругодивцы «через опасную грамоту стреляют и роздор делают, а сами сроку упросили на две недели, а всю две недели из наряду стреляют и людей убивают», приказал воеводам «стреляти изо всего наряду по Ругодиву»[117]. Получив разрешение (а тут еще как раз истек срок прекращения огня), воеводы 1 апреля 1558 г. возобновили обстрел Нарвы. «И стреляли неделю (согласно Реннеру — 9 дней) изо всего наряду, — пересказывал потом летописец воеводскую «отписку», — ис прямого бою из верхнево каменными ядры и вогнеными, и нужу им (нарвитянам. — В. П.) учинили великую и людей побили многых»[118].