Охранные структуры Российской империи

Затем, кроме нелегализованности и излишней законспирированности, есть ещё одно обстоятельство, которое тормозит работу контрразведывательных бюро и делает её мало продуктивной, а именно: отделения находятся в полном подчинении и под непосредственным руководством окружных штабов, которые едва ли можно признать учреждениями достаточно осведомленными в деле розыска и, хотя во главе отделений и поставлены специалисты по этой части офицеры отдельного корпуса жандармов, но могут ли они широко развить дело военного сыска, раз они и шагу не могут ступить без указаний со стороны чинов Генерального штаба, состоящих при Управлении генерал-квартирмейстеров военных округов.

Таким образом, начальники бюро, обособленные от жандармских и общеполицейских органов сыска, сдавленные нелегальностью и конспиративностью, лишенные всякой исполнительной власти, часто находятся в безвыходном почти положении и представляют из себя каких-то пасынков службы.

Командированные в непосредственное распоряжение окружных штабов, они, естественно, порвали тесную связь с офицерами корпуса жандармов и хотя стараются поддерживать с ними отношения, но внутренняя оторванность все же ощущается, а это сказывается и на работе.

К жандармским чинам военная среда вообще относится недружелюбно, и потому, когда в окружных штабах появились жандармские офицеры, то встречены они были холодно, их терпят только по необходимости.

Само собою разумеется, что при описанных условиях начальник контрразведывательного отделения не может иметь достаточно нравственного подъема, столь необходимого ему при его серьезной и ответственной работе…

Переходя затем к штатам контрразведывательных отделений, нельзя не признать, что они настолько малы, что с трудом могут обслуживать самый пункт своего местопребывания — обыкновенно большой город с многочисленным населением.

Например, штат Одесского бюро состоит из начальника, его помощника, чиновника для поручений, несколько писцов и человек 10 филеров.

Спрашивается, разве можно серьезно предъявлять к начальнику малочисленного отделения требование о действительной борьбе со шпионством на пространстве всего Одесского округа, обнимающего собою Бессарабскую, Херсонскую, Таврическую и Екатеринославскую губернии и всю область Войска Донского.

С таким численным составом отделение едва ли может осуществлять розыск и наружное наблюдение в одной только Одессе с её разноплеменным семисоттысячным населением, среди которого иностранцами являются русские, а между тем в ведении отделения находятся кроме Одессы ещё такие важные в стратегическом отношении пункты, как гг. Николаев и Новочеркасск и крепости Очаков, Севастополь и Керчь.

При таких условиях отделению приходится обращаться к содействию жандармских властей и здесь то и дело сказывается вся нецелесообразность отчужденности отделений от жандармских управлений и необходимость присоединения к последним, так как теперь жандармские власти не принимают непосредственного участия в деле приобретения и руководства контршпионажной агентуры и не контролируют таковую, а лишь в крайних случаях, и то при наличности свободных агентов наружного наблюдения, учреждают временный надзор за подозреваемыми лицами впредь по прибытии на место филеров отделения, которые опять-таки далеко не всегда, ввиду их малочисленности, могут быть командированы.

Кроме того, наружное наблюдение даже и поставлено не может быть своевременно, а всегда с опозданием, так как оно обусловливается получением с места от агентуры письменного сообщения, на что всегда уходит несколько дней, не считая времени на сношения, хотя бы телеграфные, отделения с жандармской властью.

Не видя по целым месяцам агентуры и не имея возможности руководить ею, начальник бюро находится в полной от неё зависимости, должен принимать на веру её сообщения, не может получить личного впечатления о качестве сообщаемых донесением сведений и потому никогда не может быть гарантирован от злонамеренных проступков своего агента, который может вести двойную игру и служить не только России, но и соседней иностранной державе, давая хороший материал той стране, которая больше платит“1.

Директора, повторяя в основном его оценку, дополняет подполковник Кашинцев: „Создав контрразведывательные бюро наподобие охранных отделений и поставив во главе их жандармских офицеров, Военное ведомство не предоставило им законом определенной власти, даже той, которую имеют по закону жандармские офицеры, и, установив правилами ведение агентуры и наружного наблюдения за шпионами, предписало, в случаях надобности в арестах, обысках или иных следственных действий, обращаться к местным жандармским властям.