Читаем Окрестности Петербурга. Из истории ижорской земли полностью

Кроме лесопильни, на Ижоре появилось и кирпичное производство, принадлежавшее тому же А.Д. Меншикову. Кирпичные заводы обслуживались трудом зависимых от него крестьян Друзинской (Новгородский уезд) и других вотчин, для них такая работа была разновидностью барщины. Часть продукции заводов поступала в продажу. Среди злоупотреблений Меншикова в 1715 г. упоминается и продажа кирпича «в домы государевы дорогою ценою» [Троицкий 1973, с. 234].

Кирпичное производство на берегах Невы началось еще в шведское время. Известны заводы, располагавшиеся во второй половине XVII в. в окрестностях Ниеншанца. В 1705 г., во время наступления корпуса Майделя в районе устья Тосны, шведские войска перешли через Неву «и на порогах кирпичные заводы и что было строению пожгли» [Луппов 1957, с. 99]. Но особенно интенсивно развитие пошло после основания Петербурга. Строительство города требовало большого количества кирпича. «Сперва при Санктпетербурге были Заводы Кирпишные, на реке Тосне. Новые кирпишные заводы, которые за дальностию в 1711 г. переведены с Тосны ближе к Санктпетербургу расстоянием в десяти верстах, от чего и звание себе получили зватися Новые Кирпишные заводы, что оные с Тосны реки более тритцати верст отстояли, перевели ближе. Кирпишные заводы были также в Каикушах и на реке Славянке» [Богданов 1997, с. 183–184].

Развитию кирпичного производства на южных притоках Невы, придавалось большое государственное значение, о чем свидетельствует распоряжение царя 8 ноября 1710 г., чтобы «с кирпичных заводов на Неве, Ижоре и Тосне людей и лошадей не брать, обиды тем людям не чинить…», нарушившие указ «без пощады будут повешены…» [РГАДА. Ф. 198. Д. 291. Л. 117–118]. Расширение производства кирпича уже тогда сдерживалось нехваткой топлива и неразвитостью коммуникаций: леса в окрестностях заводов быстро сводились, а для доставки дров и транспортировки готовой продукции требовались лошади и подводы. Все это осложнялось заболоченностью местности и отсутствием хороших дорог. Тем не менее, по донесению Синявина, в 1710 г. подрядным способом в окрестностях города изготовили 11 млн штук кирпича [Луппов 1957, с. 99–100].

Для расширения производства и повышения качества продукции принимались специальные меры по сохранению природных ресурсов края. Царские распоряжения, относящиеся к июню 1712 г., охраняли перспективные участки земли, а также создавали условия для переселения на них мастеров. По указу о правилах на раздачу в Ингерманландии земель запрещалось отводить частным лицам «места, где глина на кирпичи, каменная ломка», а также участки по берегам рек, пригодные для строительства пильных мельниц: «Славянка и Мья по обе стороны от Невы на 10 верст вверх, а в ширину на 300 саж., у Ижеры также край который сверх Невы, Тосна вверх на 15 верст, а в ширину по версте на обе стороны…» Прибрежные территории резервировались «для строения его государевых мельниц, а никому тех берегов до… указу не отдавать», – говорилось в документе. На охраняемых землях «переведенцам каменщикам и мастеровым людям на семью под дворы и огороды» выделялось по 1 десятине земли и еще по 5 десятин пашни, покосов и лесных угодий – «в тех местах, где те заводы» располагались [ПСЗ РИ 1830, с. 840–841, № 2539,2540].

Из документов следует, что в этот период юго-восточные окрестности столицы – земли по берегам Мьи, Тосны, Ижоры и Славянки – становятся одним из основных районов поставки строительных материалов. Отсюда по Неве в Петербург доставлялись кирпич, древесина и известняк, разрабатывавшийся на реке Тосне и в юго-западном Приладожье (район Путилова). По Неве проходил и основной грузопоток из центральных губерний, что способствовало развитию грузового судоходства.

Разнообразная хозяйственная деятельность князя Меншикова в 1719 г., немаловажными составляющими которой были заготовка леса и производство кирпича, нашла отражение в «Книге росходной денежной его высококняжой светлости домовой казны», где фиксировались выплаты на разного рода работы: «…в 19 день [января] капитану Ивану Стефанову сыну Крюкову которой обретается на Ижоре на покупку лесных припасов и на подряды дровяные 200 рублев; в 4 день [февраля] капитану Ивану Стефанову сыну Крюкову который обретается на Ижоре на подряды дровяные и на кирпичные зоводы для всяких на покупку припасов 300 рублев; в 28 день [марта] Капитану Ивану Стефанову сыну Крюкову, которой на Ижоре на подряды дровяные и на кирпичные зоводы для покупки припасов 100 рублев» [Архив СПбИИ РАН. Ф. 84. Оп. 1. № 39.]. В октябре того же года упоминается поставка кирпича с Ижорских заводов на строительство Меншиковского дома – вероятно дворца в Петербурге [Там же. Л. 8, 21,49, 140, 152].

Усть-ижорская усадьба Меншикова

Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное