Олег Вещий

Итак. Расстояние между войсками неумолимо сокращается, всё ближе они друг к другу, но лить кровь никто не хочет. Тем более есть шанс договориться. Вождь неприятеля лично предлагает перемирие Аскольду, чтобы поговорить и уладить дело миром. По крайней мере, именно так всё выглядит со стороны. Понятно, что переговоры могут проходить лишь на нейтральной территории, ибо Олег не настолько глуп, чтобы ехать в Киев. Он первый делает шаг к этой беседе. Такой разговор вождей двух противоборствующих армий не первый и не последний в истории. Аскольд сам не раз их вёл. С той же Византией, например. Услышать требования напавших нелишне. Надо же знать, в конце концов, чего они вообще хотят, ради чего пришли с таким войском на его территорию. Однако он осторожен и недоверчив, он много на своём веку воевал, он знает, что может случиться. Для того Олегу и нужны друзья из ближнего окружения киевского князя, чтобы убедить того в необходимости встречи. Они уверяют Аскольда встретиться с врагом на нейтральной территории. В городе Аскольд неуязвим. У него по-прежнему хватало сторонников, не все киевляне были готовы к смене князя, да и дружина не вся была в этот заговор вовлечена, это наверняка. Аскольда любили. Именно поэтому нужно было выманить киевского князя за городские ворота, чтобы ни какая случайность не могла помешать заранее спланированному убийству. В таких делах мелочей быть не может. Осечки быть не должно. Второй попытки никто не даст. При первом же подозрении, а уж тем более неудаче Аскольд ответит сам, и ответит стремительно и смертельно, в этом сомнения не было. Нужно было убедить Аскольда, что Олегу можно доверять, что он человек чести, человек слова и с ним можно смело встретиться один на один и без оружия, тем более что кто-то из них, и это не один человек, готов был его сопровождать. Ехать одному или даже вдвоём в стан потенциального врага, нет уж, увольте, всякого на веку насмотрелись. Окружение Аскольда, проявляя заботу о нём, беспокоится, настаивает. Ехать необходимо, но с охраной. Мало того, они едут с ним, чтобы гарантировать безопасность князя. Таких людей много быть не может, это только очень ближний круг и к тому же очень и очень влиятельный. Вот им-то, на свою беду, Аскольд и доверился. Не мог не довериться, люди были все насквозь проверенные и уважаемые. Не мог он подумать о том, что именно вера разведёт его с друзьями и сведёт его в могилу. Сам того не подозревая, вместо приятельской беседы Аскольд шёл на верную смерть.

Корабль Олега приближался к городу, чтобы взять жизнь их правителя, которого уже могло спасти лишь чудо. Он мягко дотронулся до причала высоким загнутым носом, и по команде кормчего вёсла улеглись вдоль бортов. Однако Олег по сходням сходить не спешил. Да и водный путь новгородский князь выбрал для встречи не случайно. В случае чего по воде легче уйти. За свою безопасность новгородский владыка беспокоился всегда и везде. На волю случая не допускал ничего.

Олег, как видно из летописи, к этой встрече подготовился заранее. Двадцать вооружённых витязей один другого страшнее залегли в кустах у дороги, ведущей из города к реке, откуда обычно появлялись торговые корабли. Это были отборные бойцы, славившиеся тем, что могли незаметно проникнуть во вражеский лагерь, умели прекрасно обращаться с любым оружием, будь то меч или кинжал. Умельцы ближнего боя. Волкодавы.

Теперь, когда всё было готово, оставалось лишь ждать финального акта трагедии. Ожидание было напряжённым и отвратительным и для Олега, и для тех, кто отправлял Аскольда в лапы врагов. Именно в эти минуты решалось будущее Киева.

Итак, Аскольд с сыном выезжают, доверившись слову Олега, за городские стены, без оружия, с небольшой группой доверенных лиц, большая часть из которых изменники. Они едут на переговоры, а их поджидает западня. Правда, он об этом узнает уже слишком поздно. «Аскольд и Дир, не подозревая обмана, спешили на берег: воины Олеговы в одно мгновение окружили их» (Н.М. Карамзин). Беседа не состоялась. Встреча завершилась бойней. Едва Олег подал условный знак рукой, как в ту же секунду как из-под земли появились деловитые молодцы с обнажёнными мечами в руках. Наёмные головорезы, привыкшие безмолвно повиноваться своему командиру, старались не за страх, а за совесть. Блеснула на клинках мечей языческая вязь… Дальше всё просто и известно. Выезд на переговоры, засада из отряда верных варягов и меч под ребро. «Когда же Аскольд и Дир пришли, выскочили все остальные из ладей, и сказал Олег Аскольду и Диру: „Не князья вы и не княжеского рода“. И убили Аскольда и Дира».

Фраза звучит довольно странно. Но что он мог им ещё сказать? «Брось молиться, причитая, не спасёт тебя Святая Богородица»? Хотя это было бы более уместно.