Олег Вещий

По именам, проставленных в договорах с Византией, видно, что Олега окружают большей частью не славяне, а северяне. Но славяне есть. Возможно, среди этих имён и скрываются имена предателей. Сказать точно нельзя. Но только такой ценой они купили себе власть над остальными. Они предали своего повелителя, государя и, передав его в руки врага, прямо содействовали его гибели.

Кто больше виноват, тот, кто убил, или тот, кто допустил или разрешил это убийство. Попросту говоря, предал. Вопрос довольно спорный. Философский. Неоднозначный. Размышлять над ним можно долго, и не один из великих умов этим занимался, однако к однозначному выводу никто так и не пришёл. Кроме разве что одного. И то и другое плохо. Да, что там, просто отвратительно и недопустимо. Предатель, он и есть тот же убийца.

Ни одно из имён тех, кто предал Аскольда в руки своего врага, не известно. Они все безлики, в отличие от Вещего Олега, который принял на себя всю ответственность за содеянное. Если бы имена заговорщиков были открыты, то получилась бы довольно щекотливая штука. Весь великий княжеский род, правившей Русью столько веков, вёл свои корни от человека, предавшего своего благодетеля. Всё началось с простого предательства? С убийства? Такие вещи лучше не афишировать. Клеймо предателя несмываемо.

Как вы видели, летописцы в своих трудах часто использовали заимствования из историй и легенд других народов. Вставляли умело, подчёркивая этим широту своего кругозора и начитанности. Для остальных они раздвигали этими рассказами горизонты знаний. И что? Первый же пример, который после прочитанного приходил на ум, – это Брут. Друг и соратник Цезаря. Пусть Шекспир ещё не родился, но фраза «И ты Брут» прошла сквозь века как символ предательства. Не зря и русские князья разными способами, порой даже самыми нелепыми, пытались возвести свою генеалогию именно к Цезарю. Этот, безусловно, великий человек был известен не только в Византии, но и на Руси. А такие трагические истории всегда имели своего слушателя и свою ценность. Не зря Цезарем увлекаются у нас в стране до сего времени. Этот человек из разряда глыб и легенд. А такие истории живут вечно. Ассоциации с Брутом сами по себе неприятны. Но второе сравнение было просто губительным для родоначальника любой династии. Оно смертельно! Оно ложилось несмываемым пятном. Как я уже говорил, выжигалось клеймом. А с таким наследством не правят. Дело в том, что, когда Нестор и его собратья писали и правили свои труды, на Руси уже победило христианство. Это была единственная правильная, точнее, государственная религия. Язычество проиграло борьбу за умы людей. Свет истинной веры восторжествовал. Но это другая история. А сейчас я говорю это вот к чему. Самая главная история христианской религии, самая её большая трагедия – это предательство Иудой Христа. Между тем, что совершил Иуда, и тем, что сотворили киевские заговорщики, большой разницы нет. Предательство не имеет оттенков. И Иуда, и заговорщики обрекли своего учителя, правителя, вдохновителя на верную смерть. Передали в руки убийц. Вся эта история к тому же осложнялась тем (и этого было не скрыть, не замять и подправить, ибо эта информация была в других иностранных источниках, особенно византийских), что невинно убиенный князь Аскольд был первым князем, принявшим христианство. Первым, кто пытался крестить Русь и стал христианским мучеником, отдавшим свою жизнь за веру. Мало того, пикантность ситуации заключалась в том, что родоначальники династии были не только предателями, они к этому моменту были ещё и язычниками. И предали они своего благодетеля только для того, чтобы язычество не проиграло борьбу ни христианству, ни государственной машине. Они были подвижники и готовы были стать мучениками, но, увы, не той религии. А к моменту написания летописи язычество уже приравнивалось к мракобесию. Их «подвиг» вышел им же боком. Страшно далеки стали они от народного сознания.