Olvido – Забвение

– Я за вами не успеваю. После такого сытного обеда у меня совсем нет желания бегать, – сказал он и остановился. – Я потеряюсь в лабиринтах замка, а вас накажут за то, что вы плохо обошлись с гостем.

Девушка остановилась и что-то тихо прошептала.

– Значит вы не немая! – обрадовался Саша. – Вы просто боитесь хозяина. Он огромный и очень злой. Может, он вас бьет?

Девушка убежала в самый конец коридора и там остановилась у открытой двери. Саша медленно подошел к ней вплотную так, чтобы у нее не было возможности улизнуть, и спросил:

– Как тебя зовут?

– Пелагея. Пустите, – испуганно прошептала она.

– Что-нибудь про ребят знаешь? – спросил он.

– Нет, нет. Кроме вас в замке нет никого, – выпалила она скороговоркой.

– А кто может знать о моих друзьях? – не унимался Саша.

– Он, она, они, – выпалила Пелагея и выскользнула из-под Сашиной руки.

– Кого вы имели в виду? – крикнул Саша.

Но Пелагеи уже не было. Она исчезла. Только протяжным звуком разнеслось по коридору зловеще «У-у-у-у-у». Саша шагнул в комнату. Дверь за ним с грохотом захлопнулась. Он попытался открыть ее, но не смог.

– Ладно. Надо временно смириться со своим пленом, – Саша стукнул кулаком в дверь, крикнул:

– Я в плену у вас, Ротоберг!

Саша улегся на кровать и сразу же уснул. Сон окутал его сознание яркими осенними красками…

Ротоберг восседал на огромном троне. Подле него стояла жена Аделаида. А напротив, склонив головы, стояли Екатерина, Елизавета и Полина.

– Как могло произойти такое? – гремел Ротоберг, сверкая глазами. – Почему ты отпустила его, Полина?

– Он такой милый мальчик, – пояснила Полина, подняв на Ротоберга васильковые глаза. – Я не могла. Я не хотела причинять ему вред. Мне все надоело…

– На-до-е-ло? – Ротоберг поднялся.

– Да, – спокойно ответила она, сделав еле заметный шажок назад.

– Прочь! И не смей без разрешения выходить, – приказал гигант.

– Слушаюсь-с, – пропела она и исчезла.

– А ты, Лизавета, почему позволила ему уплыть? Почему не заморозила реку? Как он вообще смог оказаться у реки? Неужели ты разучилась запутывать следы?

– Возможно, разучилась, а, может быть, влюбилась, – ответила она.

И в зеленых глазах загорелись яркие огоньки. А потом она скороговоркой выпалила, обращаясь к воображаемому собеседнику:

– Я полюбила человека. Че-ло-ве-ка! Князь Андрей, вы такой юный, очаровательный болтун. Вы такой еще глупый мальчик. Вы такой трогательный…

– Пошла вон! – загремел Ротоберг.

– Елизавета моментально исчезла. Ротоберг посмотрел на Катерину и неожиданно мягким голосом проговорил:

– Катрина, ты сделала все, как надо. Ступай, навести мать. Мы даем тебе неделю. Но не забывай наших наставлений и пожеланий…. Будь мудрой, дорогая. Не впадай в крайности, как сестры.

– Обещаю, – сказала она и пошла в комнату, где ее поджидали сестры.

– Отпустил? – спросила Елизавета.

– Да. На неделю, – ответила Катерина.

– Сегодня пойду я, – Лиза сделала шаг вперед. – И не вздумайте мне возражать.

– Хорошо, милая, – улыбнулась Полина. – Я подожду до завтра.

– Тогда мне остается подождать всего лишь два дня. Это совсем недолго, – грустно проговорила Катя. – Мне так жаль этого мальчика… Из-за меня он не сможет теперь увидеть своих родных…

– Перестань себя винить, – приказала Лиза. – Мы живем в другом мире…

– Вот именно, – сказала Катя со вздохом. – Я заманила его сюда. Я стала приманкой. А теперь ему придется забыть все и всех.

– Катюша, успокойся, мы что-нибудь придумаем. Мы поможем ему найти выход. Давай не будем спешить, – попыталась успокоить ее Полина.

Знаешь что, милая Катенька, мы все расскажем маме. Она должна нам помочь. Она всегда знает выход, – обняв сестру, сказала Лиза.

– Я буду молиться о чуде, – проговорила Катерина, отвернувшись к окну….

Саша потянулся, открыл глаза.

– Доброе утро! – поприветствовала его Пелагея. – Умывайтесь и ступайте завтракать, вас уже ждут.

– Спасибо, милая девушка, – улыбнулся Саша. – Как твое имя?

– Пелагея, – смутилась она. – Я же вам вчера называлась. Забыли?

– Редкое имя. Весьма редкое, – проговорил Саша, думая о чем-то своем.

– А вы не помните, как меня к стенке прижимали вчера? – поинтересовалась девушка, пытаясь заглянуть в его глаза.

– Вчера? – нараспев произнес Саша и нахмурил брови, силясь вспомнить, что же было вчера. – Нет, не помню. Должно быть опять перебрал лишнего, прости.

– Должно быть, – хихикнула Пелагея и убежала.

Саша вошел в залу, где уже был накрыт стол. Ротоберг и Аделаида были весьма приветливы. Саша с удовольствием выслушал рассказ хозяина о новом породистом скакуне, которого привезли для него с другого континента. Потом хозяйка долго рассказывала о красавице дочери, которая безумно влюблена в него, Сашу. Но приличия требуют, чтобы гость неделю не встречался с будущей женой. Когда Аделаида упомянула о женитьбе, Саша даже не моргнул глазом, хотя это представление ему порядком поднадоело. Чтобы скрыть раздражение, он чуть ниже опустил голову.

– Я рада, что вы такой сговорчивый молодой человек, – похвалила его хозяйка. – Думаю, что вам следует вернуться к себе, чтобы до конца соблюсти все условности, необходимые для влюбленных.