Опасная клятва

— Сколько у вас детей, внуков? Где они живут? Как вы относитесь к спорту? Ваши планы на будущее? Сима, а ты уверена, что ты учишься на дипломата? Это не те вопросы, которые обычно задают политикам, — со знанием дела уточнил атландиец, желая понять, осознаёт ли Заречина этот момент.

— Вот именно, — горделиво отозвалась Сима, с победным блеском в серых глазах. — Обычные вопросы ему уже задавали и сотни раз, а я хочу другое.

Атландиец отдал планшет девушке, догадываясь, к чему она клонит. Он задумчиво улыбнулся, очередной раз поражаясь чистоте её души и наивности помыслов.

— Ты завалишь дипломную работу, если сделаешь всё, что замыслила, — спокойным голосом предрёк ей неудачу мужчина, а затем не удержался и погладил по волосам. — Ваше правительство не желает ничего менять, Сим. Им нужны штампы, шаблоны.

— И что? — резко обернулась к нему Серафима, расстроенная до предела. — Я тоже должна быть как все?

Дантэн наигранно поднял руки вверх.

— Разве я это сказал? Просто предостерёг тебя сильно не расстраиваться, когда это произойдёт. Лично я уверен, что твоя дипломная работа будет выше всяких похвал.

Сима растерялась, готовая отстаивать свои взгляды до конца, и уж тем более не была готова, что её очередной раз похвалят. Она нерешительно взглянула на свой планшет, затем на Хода, который играл с кончиками её локонов, невесомо ловя их и пропуская между пальцев.

Заречина поникла, понимая, что Дантэн прав, но ей хотелось показать атландийцев такими, какими увидела их она. Даже если её завалят. Один в поле не воин. Ход заметил, как резко выпрямилась девушка, что-то задумав, как она решительно запихала планшет в сумку и не менее собранно спросила у него:

— Мы когда вылетаем?

— Через полчаса, — отозвался Сильнейший, ловя очень сильные воинственные эмоции. Девочка готовилась к битве, не иначе. Тем забавнее будет наблюдать за ней.

Весь полёт Фима готовилась, продумывая свою речь. Ей нужна была поддержка ребят. Хоть поездка всем понравилась, но всё равно осадок у них остался. Атландийцы, как и прежде, были им чужды. А ещё эти разборки с кражей браслета. Но Серафима верила, что у неё получится, и первыми в её плане были Анита и Юлиана.

Прилёт был глубокой ночью, но подружки проснулись, стоило только Фиме переступить порог. Бурные восторги и радость встречи — всё это эмоционально выматывало, как и разговоры о том, чем занималась Фима на Тошане. Когда же она подробно рассказала про посещение музея и исследования, подруги сникли, и даже разочарованно поглядывали то на неё, то на часы, в итоге решили перенести разговор на утро и улеглись досматривать сны.

— Я думала, тебя там пытали, — честно призналась Анита.

— Что за глупости, — тихо шепнула Фима. — Атландийцы мирная раса, нечего придумывать про них ужасы.

— Ты бы видела, Фима, какими вернулись Матвей и Саша, на них лица не было, — ворчливо отозвалась Анита.

— Спи уже, — заворчала Юлиана со своей кровати. — Парни просто устали. Их два часа продержали в участке, прежде чем за ними прибыли из посольства, а потом допрашивали в присутствии адвокатов. По существу ничего им не сделали.

— У Саши такие круги под глазами были, словно его неделю не кормили! — недовольно шепнула Анита. А Юлиана застонала и натянула на голову одеяло.

Фима усмехнулась, понимая, что Сухановой ничего не доказать. Слишком обожала она своего кумира.

— Фима, ну скажи ей! — не унималась Анита. — Твой Матвей вообще из-за тебя места не находил. Нервный такой был и злой.

Фима замерла, придерживая край одеяла пальцами. Совесть заворочалась где-то в груди. Она совсем не подумала о Железнове. Нужно было поговорить с ним начистоту. Завтра она обязательно это сделает утром, или после обеда в библиотеке без лишних глаз и ушей.

***

Смена часовых поясов на организме атландийца никогда не сказывалась. Дантэн с лёгкостью уснул и так же легко встал утром. Особняк Тманга превратился в улей диких ос. Близкое соседство с землянами раздражало его. Как выдерживал старый атландиец, Ход даже не предполагал. Чтобы сбросить пар, ему пришлось сбегать на стадион и потренироваться, привести мысли в спокойствие, а заодно подумать и отдать пару распоряжений Арансу, который умолял его вернуться. Соблазнить секретарю омерака, увы, не удалось. А через час к Ходу присоединился и сам омер, который помахал рукой своему бывшему ученику, как раз отрабатывающему комплекс упражнений дыхательной гимнастики.

— Рад, что не бросаешь мои уроки, — прокомментировал омер, становясь рядом.

— Не понимаю вас, сион Тманг, как можно высыпаться рядом с этим хаосом за стенками?

— Никак, — весело отозвался Иорлик. — Сам дни считаю, когда они улетят. Поэтому и приглашаю только раз в год, и то думаю, что это последняя партия. Не то здоровье уже, не то. Матакрек уже не спасение, как раньше.

Дантэн рассмеялся, падая на зелёную стриженую траву, не в силах сдержаться.

— Я так и знал! — обличающе тыча пальцем, выкрикнул он хитро улыбающемуся старику. — Так и знал, что вы притворяетесь. Хотя это и понятно.

— Мне интересно другое. Когда ты выполнишь моё задание?