Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

Мулай Исмаил (1651–1727) – султан Марокко из династии Алауитов. Правитель, объединивший марокканские земли под властью султанского правительства. Автор множества политических реформ, укрепивших государство и позволивших ему успешно сопротивляться внешним врагам – Испании, Турции и Великобритании.

Нет сомнения, что Генрих Гиммлер, затевая рискованный, учитывая возможную реакцию подданных рейха, эксперимент с «Лебенсборном», подразумевал нечто подобное. Возможно даже, что он знал историю Мулая Исмаила. В конце концов, шеф охранных отрядов был чертовски эрудированным человеком, а история, причем подчас история экзотических стран, была его любимым коньком.

Итак, остановимся на том, что, несмотря на разного рода сомнительные эксперименты, в целом мораль СС в плане отношений полов была более чем консервативна. Точнее сказать, не выбивалась за рамки морали гвардии времен Фридриха Великого. Мало того, раз уж мы говорим об «идеальном» кодексе, можно сказать и о том, что членам СС пытались привить некие элементы рыцарской морали, свойственные скорее персонажам красивых дамских романов, а не реальным солдатам. Вот, например, что внушалось со страниц «Особых тетрадей СС» – рупора орденской пропаганды в гвардейских частях – об отношениях с женщинами на оккупированных территориях.

«Ты эсэсовец, а значит, ты не наемник. Наемников нанимают за копейку, чтобы драться за что-нибудь незначительное. А эсэсовцы защищают свой народ и свою кровь. Ты защищаешь СС, сообщество, орден, плоть от плоти твоего народа, перед которым стоит святая цель сохранить чистую кровь и поднять значимость расы. Следовательно, когда ты находишься за границей с оружием в руках, перед тобой стоит двойная задача: ты должен с достоинством защищать твой народ и СС. Однако ты теряешь достоинство, когда человека в униформе с символами рейха и СС ты встречаешь в кафе и в бистро с девушками и женщинами, которые издеваются над горем и страданиями своего народа, потому что у них нет сердца. Ты прав, если думаешь, что это бесчестные девушки и женщины. Потому что эти девушки, братья которых, женщины, мужья которых побеждены тобой и твоими товарищами, вряд ли будут с радостью бросаться тебе на шею. Поэтому ты должен прекрасно осознавать, что принесет тебе такое случайное знакомство.

Фридрих Великий, прусский Парцифаль – национальный герой и мужчина-мечта каждой немецкой домохозяйки

И на какое суждение о себе сможешь ты претендовать, если пройдешь мимо? Как ты сможешь сохранить чистую совесть и безукоризненные манеры, если потеряешь самоуважение? Во время этой войны многие из вас могли заработать гораздо больше уважения, чем в мирное время. Нужно вести себя с соответствующим этому достоинством. Мы знаем, что в бою вы смелы. Пусть вы научитесь быть гордыми, дисциплинированными и сдержанными не только в бою, мы надеемся на это во имя будущего нашего народа.

Не забывайте никогда, что вы до конца дней своих будете вспоминать те месяцы и годы, когда вы носили руны СС на своей гимнастерке. Для немца это решающие моменты жизни. Не только потому, что молодой доброволец СС становится мужчиной, его грудь становится шире, поступь тверже, взгляд устремляется вперед, но формируется также его дух и благодаря тому, что он входит в ряды СС, он узнает то, что навсегда останется в его сердце: порядок, дисциплину, порядочность, пунктуальность, дух самоотверженности и солидарности. Не забывай об этом тогда, когда ты будешь думать, что делаешь как раз то, чего твой народ ожидает от тебя. Если ты не задумаешься об этом, то обязательно совершишь ошибку. Если ты будешь выполнять любую прихоть своего тела и своей крови, то поможешь врагам нашего народа и нашей идеологии. Пересилив себя, ты будешь прав, так как у тебя хватит сил и воли жить по законам твоего народа, твоей СС и тех, кого ты защищаешь».[74]

Нет, разумеется, на практике все было не так, однако само по себе стремление утвердить подобный подход в качестве нормы не просто удивляет, а и не вяжется как-то с привычным для нас, сложившимся на основании прочитанного и увиденного в кино обликом эсэсовца, не так ли? Впрочем, кодекс есть кодекс, правила есть правила, а люди – это люди. Посему говорить о том, что все установления такого рода претворялись в жизнь и выполнялись на практике, было бы глупо. Разумеется, если хотя бы один из ста носителей черной униформы придерживался декларируемых принципов – это уже достижение. Но в какой армии – и даже гвардейских частях – было иначе?