Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

… законы евреев,Что передал Моисей им когда-то в таинственной книге:Если не принявший веры еврейской попросит еврея,Чтобы дорогу ему указал, – отказать ему в этом.Если захочет напиться – к ключу не водить иностранца,Прежде чем он не позволит свои изуродовать уды.[89]

Кстати, и Корнелий Тацит предлагает соответствующее описание еврейского народа – как обладающего «ненарушимой верностью слову и живейшим милосердием» для своих при враждебном отношении ко всем чужакам. Стало быть, не только немцы начала ХХ века, но и граждане великого Рима испытывали трудности в общении с закрытыми для внешних влияний иудейскими общинами. А, как известно, чем меньше обыватель знает о чем-либо, тем больше у него поводов для сплетен, домыслов и т. д.

Что у нас есть еще в запасе из наиболее ярких анитисемитских мифов? Обвинение в мировом заговоре? Так это – пожалуйста! Один из авторов теории мирового заговора евреев – философ Сенека. Даже забавно, право слово, что это за тайный заговор такой, о котором известно уже более двух тысяч лет и который по сей день не привел заговорщиков к абсолютной победе! Но вот, пожалуйста, жив миф, запущенный в оборот римским философом, о том, что всему виною «мировой кагал» и «побежденные диктуют законы победителям». Какие там «Протоколы сионских мудрецов», что вы, вон каких времен это выдумка! И так примерно обстоит дело со всеми обвинениями по адресу евреев, составляющими вкупе основу антисемитизма, будь он германским, русским, американским или каким другим. Что бы ни говорили антисемиты, ничего нового, после того что выдумали их коллеги пару тысяч лет назад, им не придумать. А посему, основываясь на приведенных фактах, мы можем смело утверждать: Германия не есть родина антисемитизма. Мало того, антисемитские настроения среди немцев были кем-то заботливо инспирированы. Судя по всему, той же силой, что способствовала возвышению гитлеровской партии, – не политиками, находящимися «на поверхности», а теми, кто по-настоящему стоял у руля империи, не желая смириться с поражением в войне. Кем конкретно – разговор особый, однако ни пресловутую «международную закулису», на которую так любят валить все беды в России, ни крупную немецкую буржуазию обвинять в этом не будем: то, что выглядит слишком уж очевидным, вряд ли является истиной. Да и книга эта, собственно, о другом, так что в дебри политической истории здесь углубляться не стоит.

Таким образом, мы освобождаемся от очередного мифа, связывавшего нам руки: теперь можно спокойно рассмотреть вопрос о том, как сочетались в Третьем рейхе мораль и расовое учение.

Разделяя и властвуя, или О том, что, добиваясь власти, выгодно опираться на чужую ненависть

Лошадь сказала, взглянув на верблюда:

«Какая гигантская лошадь-ублюдок».

Верблюд же вскричал: «Да лошадь разве ты?!

Ты просто-напросто верблюд недоразвитый».

И знал лишь бог седобородый,

Что это – животные разной породы.

Владимир Маяковский. «Стихи о разнице вкусов»

Но, разумеется, раз уж речь зашла о ксенофобии, нельзя остановиться на одном лишь антисемитизме. То, что мы, говоря о немецком национализме, вспоминаем только о евреях – это чистой воды штамп, расхожее представление. На самом деле национал-социалисты, насаждавшие в немцах националистические представления и обыкновения, воспринимали в качестве народа, имеющего право на полноценное существование, один-единственный – немецкий. Ко всем же прочим они относились глубоко враждебно либо воспринимали их как самой природой предназначенных для того, чтобы служить народу господ. Враждебное отношение было к евреям, неграм и цыганам. Утилитарное и прагматичное – к славянам. Что же касается европейских народов, то отношение к ним было также неоднозначным, однако в целом – гораздо более приемлемым. Их судьбой на ближайшие столетия должна была стать нордификация, то есть постепенное слияние и ассимиляция с германским народом. Пока же, если принимать за действительные планы вождя НСДАП то, что он говорил во время трапез в своей штаб-квартире, голландцам, французам, датчанам предстояло выполнять вспомогательные функции в объединенной под красно-черно-белым знаменем Европе. Единственный народ, к которому Адольф Гитлер относился с величайшим пиететом, был норвежский. Собственно, норвежцев он был готов признать в большей степени арийцами, нежели немцев.