Читаем Оргазм, или Любовные утехи на Западе. История наслаждения с XVI века до наших дней полностью

В век индустриализации порнография обуржуазивается. К середине ХГХ века ее былая связь с оппозиционными идеями и свободомыслием XVII века постепенно затухает. В то же время она все искуснее приспосабливается к коммерческому рынку. Жанр расцветает пышным цветом86. В Англии он становится своего рода зеркалом викторианских страхов и тревог, чем-то вроде сладострастной утопии, «порнотопии», где в эротических — «сказках» для взрослых нашли воплощение высоко ценимые нарушения всевозможных сексуальных табу эпохи. Границы порнографии размыты, в нее входят и пошловатые писания с захватывающими названиями* как, например, «Взгляд за кулисы»., и. путеводители по ночной жизни города: «Лондон ночью», «Веселая жизнь в Лондоне». Даже произведения* бичующие такие пороки, как мастурбация, читаются с целью, прямо противоположной той, что преследовали их создатели: из них извлекаются сведения о запретных сексуальных привычках и приемах87. Потребителей собственно эротических сочинений немного. Такие сочинения издаются небольшими тиражами в сто или несколько сотен экземпляров, в роскошном переплете, с иллюстрациями. Стоят онидорого. Первую библиографию порнографических книг на английском

языке, «Указатель запрещенных книг», начал публиковать с 1877 года Генри Спенсер Эшби, благоразумно взявший псевдоним «Писанус Фракси». Библиография была отпечатана всего в 250 экземплярах и в какой типографии -неизвестно. В 1879 и 1885 годах она была дополнена еще двумя томами. Магазинов, где продается порнографическая продукция, немного: «Будуар», существовавший с 1860 года, «Пирл» (1879-1880), «Криморн» (в каталоге указано, что он существует с 1851 года, на самом деле-с 1882). Магазины эти дорогие и предназначены для узкого круга элиты: не будем забывать о всеобщем осуждении и умалчивании всего, что связано с сексом88.

Мир порнографии — это вымышленный мир абсолютной эротики, который сулит мужчине безостановочную череду удовольствий. Во второй половине XIX века порнография приобрела небывалый размах и стала в Европе отраслью промышленности. Та сексуальная субкультура, которую она несет с собой, предлагает четкий негатив официальных нравственных установлений. Она противостоит борьбе с мастурбацией, описывает бесконечные оргии, в то время как медицина постоянно твердит об опасности чрезмерной сексуальности и даже утверждает, что женщины способны дойти до оргазма, хотя уважающей себя даме положено быть фригидной или хотя бы не проявлять особого интереса к плотским утехам89. Благонамеренные люди встревожены и опасаются, что порнография может оказать пагубное влияние на умы. Они пытаются распространить на подобную продукцию закон умолчания, то запрещая ее, то помещая в злачную «преисподнюю». Таким словом поначалу обозначалось в библиотеке Ватикана хранилище запрещенных книг, предназначенных к сожжению. Небольшое собранне легкомысленных книг и картинок, хранящихся в парижской Национальной библиотеке, тоже получило это название. Еайом Аполлинер утверждал, что идея создать подобную коллекцию принадлежала Бонапарту. Некоторые специалисты относят ее создание к последним десятилетиям Второй Империи, другие — к временам Июльской монархии. Так или иначе, именно позитивистский ХГХ век создал ад, но ад литературный. В Британской библиотеке аналогичное хранилище называется «Особый ящик», но в обиходе используется то же название — «преисподняя». В 1861 году вышла «Библиография произведений о любви» Жюля 1ея, с 1877 года в Англии выходит «Index librorum prphibitorum», то есть «Указатель запрещенных книг» Писануса Фракси (псевдоним Эшби). Название иронически соотнесено с тем, которое давала запрещенным книгам римская цензура. После выхода этих библиографий любители смогли узнать о существовании полузабытых произведений;-купить которые было достаточно трудно. Кроме легально опубликованных произведений в парижских закромах хранились также книги, изданные за границей и изъятые судом или на таможне90.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология
60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное