Оргазм, или Любовные утехи на Западе. История наслаждения с XVI века до наших дней

у него больше всего. В его повествовании очень часто подчеркивается роль денег во взаимоотношениях между обеспеченными и неимущими.

Уолтер — жуир, наследник либертенов, он отведал эротические удовольствия всех сортов и охотно расширяет поле своих фантазий сведениями, взятыми из порнографической литературы. Он с удовольствием разгадывает половые органы своих любовниц, чтобы «сравнить их с другими и отметить отличия». Он интересуется их эротическими пристрастиями, привычками и ощущениями. Иногда он подглядывает за ними и мастурбирует, глядя, как они мочатся или испражняются. Иногда он бывает очень груб и испытывает почти садистское удовольствие, лишая невинности девочек, которых ему приводят посредницы. Однажды он был с некоей случайной любовницей, и ему не сразу удалось добиться эрекции. Когда же он все-таки дошел до семяизвержения, то ликующе воскликнул: «Я мужчина, видишь!» Он прекрасно знает, что его мужская привилегия — «иметь», как он сам об этом говорит. Но при этом он не избегал взаимных прикосновений с мальчиками, когда был подростком. Первый опыт с проститутками был у него, когда развратный кузен Фред привел двух девушек — для себя и для него. Уолтер разволновался и никак не мог овладеть одной из них. Но, глядя на то, как действует пенис Фреда, он, наэлектризованный, возбудился сам, и два мальчика дошли до оргазма одновременно, то глядя, как каждый из них совокупляется с проституткой, то трогая члены друг друга. Много лет спустя Уолтер решает еще раз сойтись с мужчиной, чтобы увенчать гомосексуальным опытом свои эротические похождения. «Это был самый рискованный шаг в моей тайной жизни, ненормальное желание было постыдным и огорчало меня [...] хотя я считал, что нет, не было и не будет ничего постыдного в моих действиях, потому что все правильно и естественно, когда речь идет о желании». Он успокаивает себя, утверждая, что для мужчины трогать чужой пенис, а для женщины — чужой передок так же естественно, как пожать друг другу руку. Но после акта он чувствует отвращение к самому себе, причем это происходит, как он считает, «от старых привычек и предрассудков». Он совокупляется с красивой благородной девушкой и одновременно занимается оральным сексом с ремесленником по имени Джек (который при этом уважительно называет его «сэр»). Он уточняет, что делает все точно так же, как однажды делала с ним проститутка, прежде чем он проник в нее сзадиз0.

 Уолтер одержим идеей понять, что ощущает женщина в процессе и после полового акта. Заметив красивую прохожую, он возжелал овладеть ею, чтобы она стала «частью его тела»81. Постоянное любопытство по отношению к другому полу толкает его на самые разнообразные эксперименты. Часто он вполне уверен в своем мужском достоинстве, но нередко беспокоится по этому поводу. Его беспокойство порой перерастает в фантазии, где он представляет себя женщиной, в частности, в гомосексуальном влечении. Все это плохо согласуется с викторианскими моральными догмами, но соответствует порнографическим фантазиям эпохи, где основной акцент делается на разнообразных любовных играх и на преодолении всех запретов. Однако Уолтер, нарушая запреты, постоянно чувствует некоторую неловкость, которая мешает ему дойти до конца. В социальном отношении он — нормальный человек с хорошим положением в обществе и может играть доминирующую роль в чувственных удовольствиях. Деньги позволяют ему беспрепятственно предаваться радостям и использовать для своих сексуальных развлечений пролетариев, как женщин, так и мух-чин, подобных ремесленнику Джеку. Его очень удивляет, что Джек после этого ведет себя с ним фамильярно; «0а утратил скромность, а с ней — часть уважения ко мне. Вместо того чтобы просто ответить на вопрос и сказать при этом "сэр", он сам стал задавать мне вопросы», Он сравнивает поведение Джека с поведением женщины, которая после полового акта ведет себя с партнером иначе, чем раньше82.